Печать
Просмотров: 6431

Побсудить на форумескачать греческий шрифтравославном Догматическом Богословии важна всегда чёткость формулировок и определений. Некоторым догматическим истинам бывает трудно дать определения и обозначить соотношения между ними.

    Так представляется трудным определение Священного Предания и соотношение Его со Священным Писанием. Многие учебные пособия по догматическому богословию не дают полного представления о Священном Предании, порой содержат схоластическое учение, которое господствовало в Русской богословской науке в XIX–н.XX вв., и стараниями очень многих богословов было преодолено.

    К числу таких богословов относятся В. Н. Лосский, работа которого “Предание и предания” посвящена теме Священного Предания и соотношения Предания и Писания. Святитель Филарет, митрополит Московский, его проповедь “Слово по освящении храма Живоначальной Троицы в Московском Даниловом монастыре”. В этой проповеди святитель Филарет отходит от общепринятой тогда латинской схемы соотношения Писания и Предания и показывает, что Писание есть только форма Священного Предания. Протоиерей Георгий Флоровский и его “Богословские статьи”, архимандрит Софроний (Сахаров) и его книга “Старец Силуан”, где изложен взгляд преподобного Силуана на Священное Предание. Работы этих авторов были использованы в данном сочинении. Также были использованы учебные пособия по Догматическому богословию иерея Олега Давыденкова, протопресвитера Михаила Помазанского, творения святых отцов: Василия Великого, Иринея Лионского.

    Тема, рассматриваемая в данной работе, показывает важный аспект в Догматическом богословии: соотношение Священного Писания и Священного Предания. Также в работе рассмотрен вопрос определения Священного Предания.

    После пришествия Господа нашего Иисуса Христа в мир мы имеем “…Откровение не фрагментарно, а целостно и полно, потому что Христос не просто тот, Кто нечто знает о Боге, а сам Бог”, [1, с.20] поэтому нам дана полнота Божественного откровения во Христе Иисусе. Полнота эта раскрывается нам в Священном Предании и в Священном Писании и встаёт вопрос, как соотносятся Священное Предание и Священное Писание?

    Чтобы выяснить это соотношение, нужно определить понятие Священного Предания. Определение Священного Предания в Православном богословии всегда представляло большую трудность. Под Преданием в Церкви подразумевается слишком многое. В. Н. Лосский пишет: “Предание”( παράδοσις, traditio) – один из терминов, у которого так много значений, что он рискует вовсе утерять свой первоначальный смысл”. [3, 514] Чтобы уточнить понятие “Предание” приходится разделять его содержание и давать слишком узкие определения, сумма которых не выражает смысл Предания. Русская богословская наука пережила также и схоластическое западное влияние, поэтому определение Предания и вообще взгляд на Него всегда рассматривалось в этом ключе.

    Предание, по западному схоластическому определению, есть самостоятельный источник Божественного Откровения, часть Его, записанная в послеапостольскую эпоху. Определения эти вошли в учебники по догматическому богословию и катехизисы. Так, например, в учебном пособии по догматическому богословию протопресвитера Михаила Помазанского говорится, что “…всё предание получает письменную запись и сохраняется в памятниках Церкви, составляя дополнение к Священному Писанию”. [7, с. 14]

    При таком взгляде на Предание в соотношении Писания и Предания возникает, как пишет В.Н. Лосский, “целый ряд ложных проблем, как-то: первенство Писания или Предания, соотношение их авторитета, частное или полное различие их содержания и многое другое”. [3, с. 515] Видно, что Писание и Предание противопоставляются друг другу. Противопоставить их нельзя, “поскольку не может быть речи о двух противопоставленных друг другу “плиромах”. [3, с.515] Говорить можно о двух различных способах выражения Божественного откровения, поэтому Предание и Писание можно только различать, а не противопоставлять. Противопоставляя Писание и Предание, мы будем придавать Преданию свойства Священного Писания. Предание будет тем, что Церковь будет прибавлять к Священному Писанию в горизонтальном, историческом своём плане. [3, с. 514] Друг другу, в этом случае, будут противостоять Канон Священного Писания и традиция Церкви, заключённая в разные источники: творения святых отцов, Деяния Вселенских и Поместных соборов, каноны, литургические памятники, иконографию, благочестивые обычаи и многое другое. Все перечисленное можно назвать не Преданием, а “преданиями” [3, с. 514] и нельзя полностью выразить смысл Предания, т.к. “эта проекция качественного понятия Предания в количественную область “преданий” больше затемняет, нежели раскрывает истинный характер Предания…, привязывает Его к истории, и этим его ограничивает”. [3, с. 516]

    Более точно представить Предание можно, если сказать, что Предание-это передача истин веры. Различие между Писанием и Преданием сохранится, но “противопоставляются два способа его передачи: с одной стороны проповедь апостолов и их последователей…; с другой – Священное Писание и все другие письменные выражения Богооткровенной истины”. [3, с. 516] Проповедь Откровения всё-таки роднит Предание и Священное Писание.

     Обращаясь к святым отцам Церкви можно встретить учение о Предании как о тайном знании, которое предназначено только для верных, участвующих в Церковных таинствах. Об этом говорит святитель Василий Великий в своей книге “О Святом Духе”: “Из догматов и проповедей, соблюдённых в Церкви, иные имеем в учении, изложенном в Писании, а другие, дошедшие до нас от апостольского предания, прияли мы в тайне. Но те и другие имеют одинаковую силу для благочестия”. [8, с. 391] Эти Предания, как пишет В. Н. Лосский, “стоят на грани собственно “Предания” и приоткрывают лишь некоторые его стороны”, потому что речь идет об участии в тайне, если мы в неё посвящены через таинства Церкви. Участвуя в таинствах Церкви, живя в Церкви, мы имеем единение в единстве благодатной жизни. Единение это есть кафоличность Церкви. Протоиерей Георгий Флоровский пишет: “Кафоличность есть конкретное единомыслие или единодушие… И оно осуществляется только через единство в Истине, т.е. во Христе. Конкретным выражением кафолического самосознания Церкви является Священное Предание. [4, с.234] Значит, предание есть “внутренняя, харизматическая или мистическая память Церкви. Это есть, прежде всего, “единство Духа”, – живая и непрерывная связь с таинством Пятидесятницы, с таинством Сионской горницы”. [4, с.235]

    Таким образом, предание есть не только записанные памятники, как исторические источники, которые мы принимаем от Церкви и храним в Церкви, но ещё харизматический и мистический источник, как опыт веры, опыт таинств.


  Святитель Филарет, митрополит Московский говорит о Предании, что оно “не просто видимое и человеческое предание учения, правил, чиноположений, обрядов – но с сим вместе и невидимое, действительное преподаяние благодати и освящения сходит с неба на землю… Чистое учение веры и жизни, истинное благодатное освящение, верное руководство к жизни вечной”. [9, с.210]

    Мы также увидели, что у Предания есть несколько различных уровней существования в Церкви – оно есть и Благодатное освящение, и корпус различных памятников христианской письменности и благочестивые традиции. И поэтому каждый уровень соотносится по-своему со Священным Писанием.

    Из этого определения святителя Филарета, не затронутого никакими влияниями схоластики можно проследить соотношение между Священным Преданием и Священным Писанием. Исходя из него видно соотношение во времени. Священная история показывает нам, что сначала Божественное Откровение передавалось только преданием, т.е. из уст в уста. До пророка Моисея не писалось никаких Священных книг и всё передавалось от поколения к поколению и лишь, потом было записано Моисеем. Святитель Филарет в своем Слове по освящении храма Живоначальной Троицы в Даниловом монастыре говорит: “Священное Писание начато через Моисея. Как же до того. В продолжение столь многих веков от начала мира, сохранялось и распространялось истинная вера и учреждалось сообразное с ней Богослужение? – По преданию”. [9, с.208]

    Так же и канон Нового Завета возник и формировался постепенно на протяжении нескольких столетий. Поместные Церкви у себя имели некоторые послания апостолов и написанные ими книги о земной жизни Спасителя и использовали их в Богослужении. Некоторые памятники входили в состав священных книг, а потом упразднялись и не использовались в Богослужении. Устанавливая для всей Церкви канон Священного Писания, святые отцы обращались к Священному Преданию в проверке подлинности той или иной книги, её богодухновенности. Предание было сначала хранителем Евангелия в Церкви. Святитель Ириней Лионский пишет: “Что если бы апостолы не оставили бы нам Писаний? Не должно ли было следовать порядку предания, переданного тем, кому они (т.е. апостолы) вверили Церковь”. [7, с.225] Можно уверенно утверждать, что Священное предание – есть одна из форм Священного Предания, а не самостоятельный источник Божественного откровения. Архимандрит Софроний (Сахаров) говорит устами своего учителя преподобного Силуана Афонского: “неправильно делают те, которые отталкиваясь от Предания Церкви, идут, как они думают, к истокам Её т.е. к Священному Писанию. Не Священное Писание – истоки Церкви, а Священное Предание”. [5, с.86] Церковь – же есть Хранительница Священного Писания посредством Священного Предания. Преподобный Силуан Афонский даже высказывался таким образом: “Если же предположить, что по тем или иным причинам Церковь лишается всех Своих книг, т.е. Ветхого и Нового Заветов, Творений Святых Отцов и богослужебных книг, то Предание восстановит Писание, пусть не дословно, пусть иным языком, но по существу своему и это новое Писание будет выражением все той же "единожды преданной Святым веры" (Иуд. 1, 3), выражением все того же Единого Духа, неизменно действующего в Церкви, являющегося Ее основой, Ее сущностью” [5, с.87]

    Толкование же Священного Писания тоже основывается на Предании, поскольку Предание есть жизнь Духа Святого в Церкви. Более того, единство двух заветов Ветхого и Нового может быть понято только в Священном Предании в свете Духа Святого. В.Н. Лосский пишет: “В глазах, какого-нибудь историка религии единство ветхозаветных книг – создававшихся в течение многих веков, написанных различными авторами, которые часто соединяли и сплавляли разные религиозные традиции, – случайно и механично. Их единство с Писанием Нового Завета кажется ему натянутым и искусственным. Но сын Церкви узнáет единое вдохновение и единый объект веры в разнородных этих писаниях…” [3, с.529] Этому будет способствовать Священное Предание, которое и указывает на единство Ветхого и Нового Заветов.

    Одной из форм Священного Предания является Священное Писание, но Предание содержит и другие формы познания истины. В. Н. Лосский, говоря о традиции Церкви заключённой в разные источники: творения святых отцов, Деяния Вселенских и Поместных соборов, каноны, литургические памятники, иконографию, благочестивые обычаи и многое другое, называет их «преданиями». [3, с. 515] Они тоже разновидность Священного Предания как христианские памятники, в которых письменно передаются апостольские предания и образцы благочестия. Учебник Догматического богословия иерея Олега Давыденкова называет это формальным Преданием. [2, с.115] Это роднит их со Священным Писанием, но отличаются эти предания степенью признания их авторитетности Церковью. Сохраняются также как и Священное Писание, светоносным Преданием Церкви. Предание здесь раскрывает их подлинный смысл и действует критически, “оно отвращается “негодных и бабьих басен”,(1Тим. 4,7) помогает записать эти предания и сейчас хранит, даёт нам их истинное понимание и их место в Божественном откровении.

    Рассматривая соотношение священного Писания со Священным Преданием можно утверждать что, Предание есть способ сохранения истины в Церкви, в высшем своём понимании, а также единственный образ воспринимать Истину. Тогда как Священное Писание есть способ сохранения Божественного Откровения в свете Священного Предания. На примерах святоотеческих высказываний, мы видим, что Священное Писание есть одна из форм Священного Предания, а не самостоятельный источник Божественного Откровения, отличный от Священного Предания. Исходя из работы В.Н. Лосского, мы пришли к выводу, что Священное Писание нельзя ни противопоставлять, ни сопоставлять со Священным Преданием. Их можно только различать. Этим устанавливается нерасторжимое единство Писания и Предания дающего полноту и не раздельность Божественному Откровению. Также нельзя определять очень узко понятие Предания только как передачу учения – таким определением невозможно выразить Предание. Подвести итог можно словами архимандрита Софрония Сахарова: "Предание, как вечное и неизменное пребывание Духа Святого в Церкви, - есть наиболее глубокая основа Ее бытия, и потому Предание объемлет собою всю жизнь Церкви настолько, что самое Священное Писание является лишь одною из форм его.[5, с.85]

Список использованной литературы:

1. Давыденков О., свящ. Катехизис. М.: ПСТБИ, 2000.
2. Давыденков О., свящ. Догматическое богословие. М.: ПСТБИ, 1997.
3. Лосский В. Н. Предание и предания // Богословие и боговидение. М., 2000
4. Флоровский Г.В. Богословские отрывки // Избранные богословские статьи. М., 2000
5. Иером. Софроний (Сахаров). Старец Силуан. М., 1994
6. Протопресвитер Михаил Помазанский Православное Догматическое богословие. М.: Издательский совет Русской Православной Церкви, 2005
7. Святитель Ириней Лионский. Творения. М.: Паломник, 1996
8. Творения иже во святых отца нашего Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийския, часть3. М.: Паломник, 1994.
9. Филарета, митрополита Московского и Коломенского Творения М.: Отчий дом, 1994

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter