АНАЛИЗ ДОГМАТИЧЕСКИХ И ЭККЛЕЗИОЛОГИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ
ВТОРОГО ВАТИКАНСКОГО СОБОРА

Врезультате грехопадения человек потерял способность боговедения, чистого лицезрения божественной Славы, уподобившись тем самым, заблудившемуся слепцу. Не желая погибели человеку, Господь на протяжении всей истории, подавал отпавшим Свою помощь, посылая праведных людей, которые, живя среди народа, возвещали им волю Божию.

    Но несмотря на это, человек по своей пораженной грехом природе все же продолжал делать и искать беззаконие, которое стало для него образом жизни, к величайшему сожалению, вне своего Творца. Одним из ярчайших и главных проявлений этого прискорбного факта является существование множества религий и вер. Разделение христианского мира началось еще во времена Вселенских Соборов, когда от Единой Святой и Соборной Апостольской Церкви отпадали несогласные с ее учением еретические сообщества ариан, несториан, монофизитов, образовывая свои собственные церкви. Из них к настоящему времени сохранилась небольшая группа, так называемых «дохалкидонских» или «Восточных Православных Церквей», среди которых наиболее крупные – Армянская, Эфиопская и Коптская монофизитские церкви. Однако самое большое и трагическое «разделение» христиан произошло в 1054 году в результате отпадения от Православной Церкви римо-католиков и затем отделения от них в 1-й половине 14 века протестантов. Таким образом в христианском мире образовались три основные конфессии: Православие, Римско-католичество и протестантизм.

    В отличии от католичества и протестантизма, которые избрали путь внесения в свои веры дополнений, изменений и новых учений, зачастую противоречащих апостольскому христианству, Православие пошло по пути сохранения в неизменном виде основ данной Иисусом Христом и Его Апостолами.

    Данная работа посвящена одному из самых значительных, по мнению ряда исследователей, событию, произошедшему в ХХ веке на II Ватиканском соборе - преобразование догматического учения Римско-католической Церкви, что впоследствии возымело необыкновенное, по своей силе и масштабу, влияние на все западное богословие, произошла глубочайшая переориентация христианской Церкви Запада.

    II Ватиканский собор, или 21 Вселенский собор, как его называют сами католики, проходил в государстве Ватикан с 1962 по 1965 год. Собор состоялся под председательством двух римских епископов: заседания открылись при Иоанне ХХIII, а завершилась деятельность cобора под чутким руководством папы ПавлаVI, которому пришлось принимать важнейшие судьбоносные решения, как отмечают сами католики, в ситуации глубочайшего кризиса. В то время отток духовенства из Римско-католической церкви поражал своими масштабами, в одних только Соединенных Штатах число отпавших превысило тысячу человек в год, а количество тех, кто считался практикующими католиками, становилось все ниже по отношению к тем католикам, которые считались таковыми по факту рождения или национальной принадлежности. Сложившаяся ситуация католическими иерархами и богословами оценивается как подобная той, которая была в Европе перед эпохой Реформации, эпохой кризиса католицизма. II Ватиканский собор стал своего рода реакцией на столь критическую обстановку духовной жизни церкви. Соборные определения и связанные с ними последующие реформы, как отмечено выше, вызвали весьма значительные изменения как во внутрицерковной жизни, так и во внешних диалогах Католической церкви. Это обусловлено прежде всего тем, что в погоне за межрелигиозным объединением Церковь признала богооткровенность языческих верований и спасительность якобы присущей им благодати. Столь радикальное изменение религиозного вектора мысли западной Церкви не могло не повлиять на самую консервативную часть церковной жизни - богослужение. В результате этой богослужебной реформы в лоне Католической церкви произошел очередной раскол. Также до сих пор остается нерешенным вопрос: в чем же заключается миссионерская деятельность Римско-католической церкви. С одной стороны - несут свет Евангелия язычникам, а с другой – проповедуют Христа среди своих же братьев христиан на территории исконно православного государства – России. Столь пристальное внимание со стороны Католической церкви стало настолько очевидно, что на защиту своих граждан выступили представители Государственной Думы, которые в своем законопроекте, обращенном к президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину, предлагали ограничить деятельность приходов Римско-католической церкви.

    Как из зараженного источника не может бежать чистая вода, так и от узаконенного заблуждения можно ожидать, к сожалению, только заблуждение. Приняв однажды духовное руководство папы над всей полнотой Римской церкви, католики фактически отреклись от премудрого Правителя Неба и Земли, Который и веки сотворил. Несложно в таком случае, приводя слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, реально оценить правильность выбранного ими пути: «Папы вообразили себя главами Церкви и основанием ее и даже наместниками Христовыми, что нелепо и ни с чем не сообразно. А отсюда все кичение римских пап и их давнишняя предензия на главенство и самовольное управление всею Вселенской Церковью. Ну уж и натворили папы в своей папской церкви разных фокусов, разных ложных догматов, ведущих к фальши и в вере, и в жизни. Это вполне еретическая церковь»[1].

    В данной работе произведена попытка анализа вышеперечисленных и ряда других, не менее актуальных на сегодняшний день, вопросов с целью определения наиболее правильной дистанции во взаимоотношениях между Православной Церковью и Католической.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ
ЧАСТЬ I ДОГМАТИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ О ЦЕРКВИ II ВАТИКАНСКОГО CОБОРА
  ГЛАВА 1. НАСЛЕДИЕ I ВАТИКАНСКОГО CОБОРА. УЧИТЕЛЬНАЯ БЕЗОШИБОЧНОСТЬ РИМСКОГО ПЕРВОСВЯЩЕННИКА
    1.1 Исторический обзор формирования догмата. Пий IX – «непогрешимый»
    1.2 Безошибочность в свете II Ватиканского cобора
    1.3 Единство Церкви согласно конституции 1964 года
  ГЛАВА 2. НОВОЕ ДОГМАТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ, ПРИНЯТОЕ НА II ВАТИКАНСКОМ CОБОРЕ
    2.1 «Духовное родство» христиан и иудеев
    2.2 О духовной близости христиан и мусульман
    2.3 О духовной близости христиан и язычников
    2.4 Нововведения II Ватиканского собора и их противоречия христианству
ЧАСТЬ II. ЭККЛЕЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ II ВАТИКАНСКОГО СОБОРА
  ГЛАВА 1. РЕФОРМА БОГОСЛУЖЕНИЯ
  ГЛАВА 2. ДЕКРЕТ II ВАТИКАНСКОГО СОБОРА ОБ ЭКУМЕНИЗМЕ
    2.1 Предварительные понятия
    2.2 Религиозная основа экуменизма
    2.3 Попытка экклезиологического обоснования экуменизма
    2.4 Главное достижение экуменизма
  ГЛАВА 3. МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ
    3.1 Позиция II Ватиканского собора
    3.2 Патриаршие Церкви Востока
    3.3 Уния. «Восточный обряд»
    3.4 Законопроект об ограничении деятельности католических приходов на территории Российской Федерации
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ЧАСТЬ I . ДОГМАТИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ О ЦЕРКВИ II ВАТИКАНСКОГО Cобора.
Глава 1. Наследие I Ватиканского cобора. Учительная безошибочность римского первосвященника
1.1 Исторический обзор формирования догмата. Пий IX –«непогрешимый»

    Как уже было отмечено, роль римского первосвященника в жизни Вселенской Церкви в значительной степени неоправданно преувеличивалась до главенства и контроля папы над всеми поместными Церквами. Из года в год, из поколения в поколение позиция римского престола становилась все более и более непримиримой. В решении сложных, требующих всестороннего соборного обсуждения вопросов римские епископы пытались безапелляционно навязать свое решение, тем самым желая единолично возвышаться над соборным разумом, родственных во Христе, восточных епископов.

    На протяжении многих веков Римская церковь вынашивала в своем сознании новую, по своему дерзновению неведомую прежде христианскому миру, доктрину: догмат о единоличной власти римского епископа над всей полнотой Вселенской Церкви, при этом папе присваивается абсолютная непогрешимость и безошибочность в вопросах веры и нравственности.

    «Завершением развития католического учения о власти папы над Церковью явился провозглашенный в 1870 году папой Пием ІХ на Первом Ватиканском соборе догмат о папской непогрешимости в делах веры, переносящий функции Церкви на ее высшего иерарха»[2]

    Какая причина? Почему папа Пий ІХ возводит это учение в степень догмата – истины, которая не может быть апеллирована никем и ни при каких обстоятельствах? Отвечая на этот вопрос, попытаемся проанализировать как личность самого Пия, так и сложившуюся в то время обстановку в Италии.

    Родился граф Джованни Мастай-Феррети (будущий папа Пий ІХ, прозванный «непогрешимым»), в смутное время, «… когда Франция была объята пламенем революции»[3]. В 19 лет поступил лейтенантом на службу во французскую армию, вскоре после падения могущественной империи Наполеона перешел на сторону Австрии, а чуть позже в папскую гвардию Пия VII, «… с которым его связывали отдаленные родственные отношения. Вскоре эпилепсия, которой страдал этот аристократ, заставила его оставить военную службу и (что самое интересное. – Ф.С.) посвятить себя духовной деятельности»[4]. На духовной ниве молодой и энергичный Мастай-Феррети стремительно восходит по иерархической лестнице. Уже в 35 лет он становится архиепископом Сполето. Столь триумфальное шествие предваряла миссия в Южной Америке «… в качестве неофициального агента курии для установления контактов с руководителями республик…»[5].

    В 1846 году в возрасте 54 лет, заручившись поддержкой курии, Мастай-Феррети становится верховным понтификом святого града Рима. Новый глава Римской Церкви начал свою первосвятительскую деятельность с решения политических вопросов. «Он амнистировал в Папской области политических заключенных, решил вернуть на Родину эмигрантов, легализовал издание оппозиционных газет и учредил государственный совет – нечто наподобие парламента»[6]. Фактически папа делает все для того, чтобы помешать объединению разрозненной в то время Италии и создать новое, самостоятельное государство - Ватикан. С помощью швейцарской гвардии, присланной Наполеоном III, и «папских волонтеров» удалось взять власть в свои руки. Сторонниками Пия ІХ были организованны отряды, «…которые сеяли террор в южных областях Италии, грабя и убивая итальянских патриотов»[7].

    В то же время папа любил устраивать приемы, балы, в своем дворце, для знатных аристократов. От сюда пошло выражение: «Vita di papa» - «Жить по- папски»[8].

    Внешне установленная власть, по всей видимости, не удовлетворяла решительно настроенного понтифика, необходимо было более законное основание своих действий, более прочный идеологический фундамент, с помощью которого он мог бы убедить в своей правоте всю Церковь. Первым решительным шагом Пия ІХ на пути идеологической реформации Церкви стал изданный им в 1864 году «Силлабус», или «Список современных заблуждений». В нем «…Пий ІХ отлучил от церкви тех, кто утверждал, что «церковь в своей деятельности не должна… обладать прерогативами светской власти» (заблуждение ХХІV); что «церковь не имеет естественного и законного права приобретать и владеть земными благами» (заблуждение ХХХ) … Пий ІХ называл свободу совести – «безумием», свободу слова – «смердящим заблуждением»[9].

    Теперь все было подготовлено, теперь многое оправдано и логическое завершение столь претенциозного поведения папы не заставило себя ждать: в конце 1869 года папа Пий ІХ созвал «вселенский собор», который вошел в историю под названием Первого Ватиканского собора. На нем присутствовало 323 кардинала, епископы, архиепископы и 4 тыс. прелатов. «После бурных дискуссий Пию ІХ и его сторонникам удалось навязать собору догмат о папской непогрешимости» [10].

    «Постановление Ватиканского собора гласит: «Твердо держась предания, дошедшего до нас от начала христианской веры, мы во славу Бога Спасителя нашего к возвышению католической религии и ко благу христианских народов, с согласия Священного Собора, учим и определяем как богооткровенное учение, что, когда римский первосвященник говорит со своей кафедры (cum ex cathedra loguitur), то есть когда, исполняя свое служение как пастырь и учитель всех христиан, он в силу своей высшей апостольской власти определяет учение о вере или нравственности, которое должна содержать вся Церковь, он через Божественную помощь, обещаемую ему в лице блаженного Петра, обладает тою непогрешимостью (infallibilitate), которою Божественный Спаситель благоволил наделить Свою Церковь, для определения учения относительно веры и нравственности, и что поэтому такого рода определения римского первосвященника сами по себе, а не с согласия Церкви, неизменны. Если же бы кто дерзнул противоречить этому нашему определению, от чего да храни Господь, то да будет анафема»[11].

    На основании выше изложенного следует, что причины, побудившие Пия ІХ принять этот догмат, коренятся в непомерной жажде власти, дающей реальную возможность манипулировать людьми, используя их религиозные чувства.


1.2 Безошибочность в свете II Ватиканского cобора

    Состоявшийся уже в наше время II Ватиканский собор (1962-1965гг.) еще более изящней «совершенствует» доктрину непогрешимости. Теперь римскому первосвященнику не обязательно обременять свое «божественное достоинство» размышлениями, «ex cathedra» он говорит или не «ex cathedra»: «…подчинение воли и разума должно особенно проявляться в отношении автентичного учительства Римского Первосвященника, даже когда он не говорит «ex cathedra»» [12]. Он непогрешим, он не имеет «…скверны или порока или нечто от таковых…» (Еф.5,27). Так ли это? Кроме того, согласно догматическому постановлению «О Церкви», римский епископ обладает безошибочностью Церкви: « Этой безошибочностью обладает в силу Своего назначения, Римский Первосвященник…»[13]. Далее следует вывод: «Итак, определения его справедливо называются непреложными сами по себе (обратите внимание.- Ф.С.), а не из согласия Церкви, ибо они произнесены при содействии Духа Святого, обещанном ему в лице блаженного Петра и, следовательно, не нуждаются ни в каком ином утверждении и не подлежат никакой апелляции в другой суд» [14].

    «Из вышесказанного следует, что папа не только возглавитель иерархии, главный организатор и руководитель жизни церковной, не только «глава церкви», фигура, знаменующая собой единство Церкви, он – носитель своей полноты власти, никому неподсудный, никому не обязанный отчетом самодержавец. Единоличная власть папы в Римско-католической церкви не только больше соборной власти епископата, но несоизмеримо больше» [15].

    Можно с полной уверенностью сказать, что ничего общего позиция Римско-католической церкви не имеет с духом Вселенской Церкви, которая всегда сохраняла обетования своего Главы – Господа нашего Иисуса Христа: «…и се Я с вами во все дни до скончания века. Аминь». (Мф. 28, 18-20) Таким образом, мы имеем живое участие, непрестанную заботу о нас Господа Иисуса.

    В других местах Священного Писания Иисус Христос прямо называется Главою Церкви, а Церковь Его Телом. Например: «…и той есть глава телу Церкви»(Кол. 1, 18); «… и того даде главу выше всех Церкви, яже есть тело Его»(Еф. 1, 22-23); «…муж глава есть жены, якоже и Христос Глава Церкви, и той есть Спаситель тела».(Еф. 5, 23; см. так же 4,4-16; Кол. 2,19; 1Кор.10,17; 12,12; Рим. 12,4.5).

    Не составляет особой сложности, сопоставив вышеприведенные тексты Священного Писания как богодухновенного источника и постановления II Ватиканского Собора, заключить: если римский первосвященник выше всей Церкви, которая есть тело Христа, но, как мы уже отметили, Христос есть Глава этого тела, то римскому епископу, в данной ситуации, достается «почетное» звание шеи, но никак не главы. Также необходимо отметить, что в Священном Писании мы нигде не встречаем свидетельства о шеи как о жизненноважном компоненте божественного домостроительства нашего спасения.

    Понятие человеческой немощи также присуще католическому сознанию. Ошибаться могут не только простолюдины, но и епископы: «Епископ, …избираемый из людей и обладающий немощью»[16]. В таком случае возникает вопрос: в какой момент, при возведении епископа на римскую кафедру, ему сообщается столь исключительный дар - непогрешимость?

    «Так называемая папская коронация, по пониманию самих римо-католиков, это не таинство, а лишь торжественная церемония, которая к папской власти (получаемой до этого во время избрания) ничего не прибавляет и не сообщает вступившему на престол никаких особых благодатных даров»[17].

    Также уместно вспомнить известные истории случаи, когда непогрешимые и безошибочные папы все же ошибались. Рассмотрим лишь некоторые из них.

    В ΙV веке под давлением светских властей папа Либерий подписал арианский символ веры, хотя сам был сторонником святителя Афанасия Александрийского. Конечно, подпись под столь важным документом папа ставил от лица вверенной ему Церкви. «С точки зрения православной экклезиологии, в этом нет ничего неестественного: он подпал естественной человеческой слабости. Папа Либерий потом раскаялся и даже был причтен к лику святых. Такого рода искушения сопровождали церковных иерархов и не только их, на протяжении всей истории Церкви. Но как объяснить этот факт с точки зрения экклезиологии католической? Это невозможно: поступок римского епископа был определенно неправославен» [18].

    В VII веке папа Гонорий I разделял воззрения монофизитов, за что был анафематствован на VI Вселенском Соборе (681г). «И тогдашний епископ Римский, и последующие признали это осуждение Гонория»[19]. Спустя почти 12 веков позицию Гонория пытались оправдать, но, не найдя убедительных аргументов, ограничились следующим заявлением: «Каковы бы ни были средства защиты Гонория (то есть как бы ни были они слабы.- М.К.), остается истиной, что папа не заблуждался в вере»[20]. Следовательно, если история не подтверждает позицию Римско-католической церкви (Ватикана), то это неправильная история.

    В «Силлабусе» уже знакомый нам папа Пий ІХ анафематствует признающих свободу совести. Однако на сегодняшний день «свобода совести» является официальной доктриной Римско-католической церкви[21].

    В романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» помещен монолог Великого инквизитора, обращенный к пришедшему на Землю Христу, в котором словами кардинала Достоевский очень ярко характеризует мировоззренческую позицию Римской церкви. Великий инквизитор спрашивает у Христа: «Зачем ты пришел нам мешать? Ибо ты пришел нам мешать и сам это знаешь…, но завтра же я осужу и сожгу тебя на костре, как злейшего из еретиков…»[22].

    Управление людьми, власть над миллионами – вот идеологическое кредо Великого инквизитора: «…все, дескать, передано тобою папе и все, стало быть, теперь у папы, а ты хоть и не приходи теперь вовсе, не мешай до времени, по крайней мере»[23]. Далее Великий инквизитор укоряет Христа за то, что Он не согласился с тремя искушениями, предложенные Ему дьяволом в пустыне, и после длительного монолога открывает «великую тайну», которая может подвести итог нашим размышлениям: «И я ли скрою от тебя тайну нашу? Может быть, ты именно хочешь услышать ее из уст моих, слушай же: мы не с тобой, а с ним (дьяволом.- Ф.С.), вот наша тайна! Ровно восемь веков назад мы взяли от него то, что ты с негодованием отверг, тот последний дар, который он предлагал тебе, показав тебе все царства земные: мы взяли от него Рим и меч кесаря и объявили лишь себя царями земными…»[24].


    1.3 Единство Церкви согласно конституции 1964 года

    «Верую... в Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь»,- такими словами исповедует единство Святой Церкви вся полнота православного мира. От основания Церкви до наших дней единство Веры заключается в соборности, чему ярким подтверждением служат Апостольский Собор (51) и Вселенские Соборы.

    Согласно конституции, принятой на II Ватиканском соборе (1964),единство Церкви теснейшим образом связано с признанием главенства римского епископа, как уже нами было отмечено выше, над всей Церковью Христовой. Это заблуждение Римско-католической церкви повлекло за собой множество других, не менее пагубных заблуждений. Ниже попытаемся проанализировать объективность данного постановления.

    В восьмом пункте конституции II Ватиканского собора сказано: «Единый посредник Христос основал и непрестанно поддерживает на земле Свою святую Церковь, сообщество веры, надежды и любви как видимый союз, через который Он изливает на всех истину и благодать. Общество, обладающее иерархическими органами, и мистическое Тело Христово, зримое собрание и духовная община, Церковь земная и Церковь, обогащенная небесными благами, должны рассматриваться не как две вещи, но как составляющие одну сложную реальность, состоящую из божественного и человеческого начала»[25]. Так, вполне обоснованно, дается догматическое определение о Церкви на Втором Ватиканском соборе. Далее, абзацем ниже, приводятся некоторые пояснения, привносящие в общее определение характерные особенности догматического мировоззрения Римско-католической церкви: «Эта Церковь, основанная и организованная в этом мире как общество, осуществлена в Церкви католической, управляемой преемником Петра и епископами, находящимися в общении с ним...».

    Согласно 22 пункту конституции можно утверждать, что с древних времен все возникающие вопросы разрешались созывом соборов, на которых присутствовали «...поставленные во всей вселенной... (епископы.- Ф.С.) общались между собой и с Римским Епископом, связанные узами единства, любви и мира, а также и созываемые соборы, на которых более важные решения принимались совместно, по рассмотрении мнений многих выражают коллегиальный характер и сущность епископского чина, что ясно подтверждают Вселенские Соборы, состоящиеся на протяжении веков»[26]. Хотя здесь и отмечается, что епископы при принятии решений находились в общении с римским епископом, но не делается на этом решающего акцента. Все решалось соборно, как это и было во время Святых Апостолов: «Ибо угодно Святому Духу и нам...». (Деян. 15, 28)

    Однако ниже отмечается следующее: «Но Коллегия или состав Епископов обладает властью не иначе, как совместно с Римским Первосвященником, преемником Петра, в качестве Главы, которой сохраняется всецело первенство власти над всеми, как пастырями, так и верными» [27].

    Необходимо отметить то, что понятие «Коллегия» (collegium) употребляется здесь в смысле установленного Господом Апостольского Собора, в состав которого входили Ап. Петр и другие Апостолы[28].

    Еще невероятнее по сравнению с логичным началом этого пункта, звучит следующее: «Наивысшая во вселенской Церкви власть, ...торжественно осуществляется на Вселенских Соборах. Не бывает никогда Вселенского Собора, если он как таковой не утвержден или, по крайней мере, не принят Преемником Петра. И прерогатива Римского Первосвященника – созывать эти Соборы, председательствовать на них и утверждать их» [29].

    В несоответствии действительности данному постановлению убеждают нас примеры из Священного Писания. Так ап. Петр хотя и имел первенствующее положение среди прочих Апостолов, однако, при решении общецерковных вопросов не повелевал своим братьям. Более того, в послании к галатам повествуется о том, как ап. Павел прямо противостает ап. Петру, обличая его в лицемерии и в том, что он поступал не по евангельской истине. (Гал. 2,11) «Следовательно, не могло быть и речи о слепом, безоговорочным повиновении всех Петру. Каждому пастырю и архипастырю надо помнить, что он не только учитель, но и ученик Церкви. В данном случае Церковь говорила устами апостола Павла, а Петр был лишь ученик»[30]. Тем более не подобает занимать столь непримиримую позицию римскому епископу – преемнику ап. Петра.

    В своей «Книге о единстве Церкви», обращаясь к епископам, святой свмч. Киприан Карфагенский писал: «Сие-то единство надлежит крепко поддерживать и отстаивать нам, особенно епископам, которые председательствуют в Церкви, дабы показать, что и самое епископство одно и нераздельно. Пусть никто не обманывает братства ложью! Пусть никто не подрывает истины веры вероломной изменою! Епископство одно и каждый из епископов целостно в нем участвует» [31].

    Таким образом, «... глубочайшим основанием внутреннего единства Церкви является ее Главы – Господа Иисуса Христа и единство Духа Святаго»[32].

    Основанный на ложном учении догмат о главенстве папы над Церковью, в историческом аспекте, привел к быстрому отделению Римско-католической церкви от Православия и преобразованию Церкви Христовой в абсолютную монархию, взявшую на себя всю полноту светской власти.

    «Как же согласиться – писал свмч. Киприан Карфагенский, - с кем-либо тот, кто не согласен с телом самой Церкви и со всем братством? Как могут собираться во имя Христово двое или трое, о которых известно, что они отделяются от Христа и о Евангелия Его? Ведь не мы отошли от них, а они от нас»[33].


Глава 2. Новое догматическое учение, принятое на II Ватиканском cоборе

    Новое догматическое учение II Ватиканского собора раскрывается в «Догматическом постановлении о Церкви» и в созвучной ей «Декларации об отношении Церкви к нехристианским религиям».

    Сообразуя свое мировосприятие с Божественным Откровением, всякий христианин исповедует, что спасение – наследование вечной жизни и Царствия Небесного – человек может обрести только лишь через веру в Божественную природу Иисуса Христа, Его спасительную Жертву и следованию Его учению. «Иисус сказал: Я есть путь и истина и жизнь: никто не приходит к Отцу, как только через Меня». (Ин. 14,6) Как это ни парадоксально, однако II Ватиканский собор «попытался «обосновать» иную доктрину: «положение о единой и универсальной Вселенской церкви, в которую по—разному должны войти как все христиане, так и верующие нехристианских религий, где спасение может происходить различными путями, сообразно с верой человека»[34].

    В «Догматическом постановлении о Церкви» сказано: «иудеи, мусульмане и другие, признающие Творца, и те, которые только ищут Бога, - всех их объемлет Промысл Божий и они могут наследовать вечное спасение»[35]. Это также нашло свое отражение и в Катехизисе Католической церкви.

    При этом собор не обязывает людей, непризнающих Христа, отречением от своего заблуждения, напротив, уверяя в якобы духовной близости иудеев, мусульман и нехристиан к христианам, избранным чадом Божьим. Поражает тот факт, что даже при всей вышеприведенной лояльности римского престола к нехристианским религиям признается и официально заявляется: «Один только Христос Посредник и путь ко спасению, и Он присутствует для нас в Теле о Своем, которое есть Церковь, но все же, нежелающие или войти в нее, или оставаться в ней, не могут спастись» [36].

    В своем окружном послании Иоанн Павел II говорит, что во всех религиях уже присутствует Христос, как Слово Отца (Логос), поэтому они в той или иной мере богооткровенны[37].

    Каким образом римо-католикам удается «обосновать» духовную близость столь непримиримых, как показывает история, религиозно-мировоззренческих систем?

2.1 «Духовное родство» христиан и иудеев

    В 16 пункте «Догматического постановления о Церкви» сказано: «Наконец те, кто не принял еще Евангелия, предназначены к Народу Божию различными путями. Прежде всего, тот народ, которому были дарованы заветы и обетования и от которого Христос по плоти (Рим. 9,4-5), народ в отношении к избранию возлюбленный ради отцов; ибо непреложны дары и призвания у Бога»[38].

    Для того, чтобы иметь наиболее полное представление об отношении II Ватиканского собора к иудеям, также необходимо рассмотреть раздел «Еврейская религия», в котором прямо говорится: «…исследуя тайну Церкви, Священный Собор памятует об узах, соединяющих духовно народ Нового Завета с потомством Авраама… Поэтому Церковь не может забыть, что она приняла откровение Ветхого Завета через народ, с которым Бог, по Своему неизреченному милосердию, соизволил заключить древний Союз. Христос…примирил Иудеев и язычников на кресте, и сделал из обоих в Себе одно» [39].

    Иоанн Павел II с еще большим энтузиазмом говорит о духовном родстве иудеев и христиан, называя их «старшими братьями по вере»[40].

    Чуть ниже в «Декларации о еврейской религии» говорится: «Хотя иудейские власти, с их приверженцами, требовали смерти Христа, однако, то, что было сделано во время страстей Его, не может быть вменено ни всем без различия Иудеям жившим в то время, ни Иудеям нашего времени»[41]. Что и является логическим заключением вышесказанного.

    Да, потомки Авраама действительно получили благословение от Господа, свидетельство чего мы находим в Богооткровенных текстах Ветхого Завета, однако, ожидая земного царя, избавителя от римского гнета, они не приняли Царя – Христа Миссию, распяв Его на кресте. Во время великой милости Божией, к роду избранному, потомки Авраама неистово кричали: «… распни, распни Его!» (Мф. 27,23)

    Кого в этом случае можно назвать «приверженцами иудейской власти»? Не вся ли толпа иудеев, собравшаяся на праздник во Иерусалим, кричала эти страшные слова так, что даже проконсул Пилат, видя настойчивость такого множества народа, после троекратного вопрошения уступил, говоря: «Неповинен в крове праведного сего». (Мф. 27,24) Неужели этот народ не виновен? Как епископы II Ватиканского собора могли допустить столь явное искажение Священного Писания говоря: «не может быть вменено ни всем без различия Иудеям жившим в то время, ни Иудеям нашего времени»[42], когда собравшаяся на площади толпа кричала: «кровь Его на нас и на детях наших». (Мф. 27,25)


    На протяжение всей истории Ветхого Завета еврейский народ согрешал пред лицом Божьим, за что получал наказания, либо каялся, получая в таком случае прощение и благословение Божие. Как весь народ еврейский подвергался наказанию, так и благоденствовало все общество еврейское. Разница состоит лишь в том, что падали дети Авраама прегрешением большинства, а восставали молитвами единого праведника, подтверждение чему служит великое множество примеров Ветхого Завета от праведного Ноя до событий описанных в книге Судей. Поэтому и эти страшные слова, «кровь Его на нас и на детях наших», вменяются всему израильскому народу. Сам Господь в следующих словах обращается ко всему народу израильскому: «Да придет на вас кровь праведников, пролитая на земли, от крови Авеля, до крови Захарии убитого вами между алтарем и жертвенником. Истинно говорю вам, что все сие придет на род сей». (Мф. 23, 35-36; Лк. 11, 50-51)

    В «Декларации о еврейской религии» собор провозглашает: «Иудеи не должны быть представлены ни отверженными Богом, ни проклятыми, как будто бы это вытекало из Священного Писания» [43].

    Да, действительно, проклятие иудеев вытекает не только из Священного Писания. Не только Господь наш Иисус Христос говорил: «Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном, а сыны Царства извержены будут во тьму кромешную: там будет плач и скрежет зубов». (Мф. 8, 11-12) Но и сама история свидетельствует нам о проклятии народа израильского разрушением Иерусалима и рассеянием иудеев по всему «лицу земному». Потеря обетованной земли и разрушение храма – самое страшное проклятие для народа израильского.

    Что значит: «Христос… примирил Иудеев и язычников на кресте, и сделал из обоих в Себе одно?»[44].

    В послании ап. Павла к Ефессянам (Рим. 2, 14-16), то место, на которое делается ссылка собора, говорится о том, что Христос примирил на кресте Плотию и Кровию Своею верующих в Него язычников и иудеев, а о примирении неверующих нет ни слова.

    В катехизисе Католической церкви утверждается, что цели детей Авраама и народа Нового Завета сходны и устремлены к одному: чаяние пришествия «мессии», очертания которого сокровенны[45]. В таком случае резонно спросить: какого «мессию» проповедуют римо-католики, и какого «мессию» ожидают иудеи? В Апокалипсисе евангелиста Иоанна Богослова «мессия» последних дней называется антихристом.

    В публикациях еврейского культурно-религиозного центра «Маханаим», посвященных реформам II Ватиканского собора, довольно ярко выражено торжествующее настроение иудаизма над «поверженным» христианством в лице его римского первосвященника: «Осознав, что "антихрист - это не еврей, а наоборот, это враг евреев", западное сознание начало перестраиваться. Эта перестройка в католицизме реализовалась в решениях II Ватиканского собора 1965 года… Во-первых, было признано, что теология презрения исторически явилась фундаментом антисемитизма, и она была осуждена и "отменена". Были пересмотрены и отменены все антисемитские положения исторического христианства. Было отменено то, что "на евреях лежит ответственность за распятие Иисуса", антиеврейские фразы в молитвеннике (например, было исключено высказывание "против вероломных иудеев", которое читалось на Страстную пятницу) и другие моменты. Дело этим не закончилось, процесс развивался, и папа Иоанн-Павел II провел еще более резкое решение, чем II Ватиканский собор. Отметил, что нынешний Папа, когда был избран на свой пост, взял себе имя Иоанн-Павел по именам именно тех двух Римских Пап, которые ввели II Ватиканский собор, провозглашая этим "верность его направлению". И он довел это сегодня до некоторого логического завершения. Конечно, можно сказать, что эти антисемитские положения христианства уже привели, в течении веков к непоправимым последствиям, и их так просто не исправишь - но, тем не менее, то, что все это стали пересматривать, все же очень важно» [46].

    Вызывает интерес роль самого папы, вышеупомянутого Иоанна-Павла II, который по мнению того же издания имеет особую симпатию к религиозному опыту еврейского народа: «Известна история, - сообщает Маханаим, - что во время войны, когда он был молодым священником в Польше, ему однажды принесли еврейского ребенка, у которого погибли родители - и те поляки, которые ребенка спасли, хотели его крестить. Однако К. Войтыла (Иоанна-Павла II. – Ф.С.) отказался делать это, он спросил: "Согласились ли бы его родители крестить его?" А раз не согласились бы, то он отказался сам крестить ребенка»[47]. Столь неординарное решение Иоанна-Павла II привело в некоторое недоумение самих иудеев. В той же статье, для выявления еще большей выразительности этого решения, автором предлагается следующее сравнение: «Чтобы стало понятно, насколько такой подход радикален, я приведу пример, из несколько другой области: представьте себе, что ребенка из нерелигиозной еврейской семьи, у которого погибли родители и нет родственников, и его принесли в еврейскую религиозную семью, которая хочет воспитать его в религиозных принципах. Трудно себе представить, чтобы какой-нибудь раввин сказал в такой ситуации: "Его родители, наверное, не хотели, чтобы он был религиозным, так давайте не будем его так воспитывать". Такое поведение означает, что Иоанн-Павел II, видимо, еще в то время считал иудаизм имеющей свою истину религией, которая занимает свое законное место, и поэтому евреев крестить не следует»[48]. Подобная лояльность христианского епископа прямо не соответствует многовековому опыту Церкви Христовой, которая, обличая ересь любила самого человека.

    Из вышеприведенных текстов можно сделать вывод о том, что «Иудаизм является полностью ложной религией, отрицающей все Истины христианства. Так что заявление католиков о «духовном родстве» христиан и иудеев абсолютно ложно. Оно исходит из признания ими Истинным Богом нетриипостасного бога-идола Иегову, которому покланяются современные иудеи…»[49]. Однако, «…и те, если не пребудут в неверии, привьются, потому что Бог силен опять привить их». (Рим. 11,23)


2.2 О духовной близости христиан и мусульман

    В том же пункте 16 «Догматического постановления о Церкви» утверждается: «Но спасительный Промысл объемлет тех, кто признает Творца, и среди них, в первую очередь, мусульман, которые, считая себя исповедующими веру Авраама, с нами поклоняются Богу единому, милосердному, Который будет судить людей в последний день» [50].

    В уже известном нам разделе о нехристианских религиях говорится: «Церковь также с уважением относится к мусульманам (обратите внимание на эпитеты, предназначенные идолу-Аллаху. – Ф.С.), поклоняющимся Единому Богу, Живому и пребывающему, милосердному и всемогущему, Творцу неба и земли, говорившему к людям»[51].

    Самое невероятное в этой ситуации то, что подобное провозглашает собор епископов во главе со своим лидером – «безошибочным папой». Если христиане действительно поклоняются Истинному Богу, Отцу Вседержителю, Творцу неба и земли, всего видимого и невидимого, «…и во Единого Господа Иисуса Христа Сына Божия… и в Духа Святаго, Господа Животворящего, иже от Отца исходящего», Бога – Пресвятую Троицу, то мусульмане ничего этого не признают, отвергая «…все до единой христианской истины, и поклоняются ложному, нетриипостасному богу-идолу Аллаху, который, естественно, как несуществующий ничего говорить и творить не мог и не может»[52].

    Подобные заявления Католической Церкви, по меньшей мере, ставят под сомнение ее духовную ориентацию. Ко Христу ли ведет и призывает в своих измышлениях Католическая церковь?

2.3 О духовной близости христиан и язычников

    «От самых древних времен, - говорится в постановлении II Ватиканского собора, - по сей день, существует у различных народов некое восприятия то й таинственной силы, которая присутствует в ходе вещей…, иногда даже признание верховного Божества или же Отца. Это восприятие и признание пронизывает их жизнь глубоким религиозным содержанием…, в индуизме люди исследуют божественную тайну…, прибегая к Богу с любовью и упованием…, буддизм учит пути, которым люди… могут… достичь наивысшего озарения собственными усилиями или с помощью Свыше»[53].

    «Католическая церковь, - говорится далее,- не отвергает ничего из того, что истинно и свято в этих религиях»[54].

    Новое положение Римско-католической церкви откровенно идет в разрез многовековому опыту Церкви, которая от начала своего основания имела совершенно определенное суждение о языческих верованиях. Апостол Павел, наставляя в правой вере коринфских христиан, говорит: «Язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами». (1 Кор. 10, 20) Следуя логической предпосылке собора, необходимо признать, что христианские мученики древней Церкви напрасно претерпевали гонения и лютую смерть за исповедание имени Христова, напрасно отказывались приносить жертвы идолам, бесам, напрасно и мы, христиане, в том числе и Католическая церковь, прославляем их подвиг как свидетелей (с греч.-«мучеников») Славы Христовой. Противоречия подобных рассуждений неминуемо привели к абсурдности действительное положение римского католицизма. Несмотря на лояльность Католической церкви к «языческому миру», они, в свою очередь, не собираются признавать ни одной из истин Христовой Церкви. Сам Господь говорил: «…не бросайте жемчуга вашего перед свиньями» (Мф. 7,6), а католики, отождествляя верховное божество с Отцом Небесным, независимого от Сына и Духа Святого, создают новое божество, самостоятельного бога-идола – «Отца», повергая под ноги «свиньям» Самого Христа.

2.4 Нововведения II Ватиканского собора и их противоречия христианству

    Подводя итог рассмотрению нововведений Второго Ватиканского собора, раскрытых им в «Догматическом постановлении о Церкви» и «Декларации о нехристианских религиях», необходимо еще раз обратить внимание на принципиальные, догматические, основания спасения человеческой души в христианстве: единственный и истинный путь ко спасению предлагает человечеству Евангелие Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, которому должен следовать человек, чтобы прийти к Богу, обрести Царство Небесное и наследовать вечную жизнь.

    Многочисленны примеры Евангелия, в которых Сам Спаситель не многозначно указывает Путь, следуя которому, мы можем достигать столь вожделенной для каждого христианина цели – Царствия Небесного, например: «Я есмъ путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14,6); «Всякий, отвергающий Сына, не имеет и Отца; а исповедующий Сына имеет и Отца» (1Ин. 2,23); «Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем» (Ин. 3,36); «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16,16) и др.


    Однако настоящими постановлениями Католическая церковь, в лице епископов II Ватиканского собора, утверждает совершенно обратное: «не только христиане, но и иудеи, мусульмане и язычники, отвергающие Иисуса Христа как Бога и Сына Божия, могут спасаться «различными путями» в рамках своих религий»[55]. Таким образом Католической церковью делаются усиленные попытки соединить несоединимое, создать то, что претит здравому смыслу. «Признающий возможность спасения без веры во Христа, - говорит святитель Игнатий (Брянчанинов), - отрицается Христа, и, может быть, не ведая, впадает в тяжкий грех богохульства»[56].

    «Лицемерно декларируемая Ватиканом преданность Божественному Откровению, апостольской христианской вере и Церкви Христовой служит лишь словесным прикрытием грубого и глубокого извращения им христианства в самой его основе, всего Промысла Божия о спасении человечества и миссии воплотившегося Сына Божия»[57].

    На основании выше приведенных текстов можно составить краткий свод основных противоречий II Ватиканского собора с христианской сатериологией Римско-католической церкви.

    1. Отождествили нетриипостасное «верховное божество» язычников с Богом Отцом, разделив Его с Сыном и Духом Святым, нераздельной Троицей, тем самым создав нового бога-идола – «Отца».

    2. Признали безжизненных богов мусульман, иудеев и язычников едиными, живыми, пребывающими, милосердными, всемогущими, творцами неба и земли, говорившими к людям[58], тем самым откровенно прегрешая против Заповедей.

    3. Отвергли Богооткровенность Священного Писания, Евангелия, которое однозначно свидетельствует исключительность спасения в Иисусе Христе, признав спасение вне Церкви.

    4. Присвоили функции «Праведного Судии» Аллаху, отрекшись от Единого Праведного Судии – Иисуса Христа.

    5. Приравняли действия демонических сил, «озарения» и «помощь свыше», с действием Духа Святого.

    6. Отвергли божественное достоинство природы Христа и Приснодевство Божией Матери, утверждая, согласно заявлению папы Иоанна-Павла II, что иудеи являются нашими «старшими братьями по вере». Это утверждение, по меньшей мере, оскорбительно для каждого христианина, т. к. они до сих пор хулят имя Господа нашего Иисуса Христа и Его Пречистую Матерь.

    7. Ложно толковали и откровенно фальсифицировали тексты Священного Писания, достигая, тем самым, «обоснования» своей лжи любыми средствами.

    Несостоятельность положений, принятых II Ватиканским собором, очевидна. Более того, извращением непреложных Истин, католицизм, фактически, отрекся от Христа, лишь номинально называясь христианской Церковью. Рассмотренные нами постановления стали своего рода фундаментом нового здания: «всемирной религии», строителем которого должен стать экуменизм.


ЧАСТЬ II. ЭККЛЕЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ II ВАТИКАНСКОГО СОБОРА

Глава 1. Реформа богослужения

    Ярким выражением духовной жизни народа является традиционно формировавшийся на протяжении многих веков чин богослужения, в котором народ по средством гимнографии свидетельствовал свою самобытность. «Ревности» к богоугождению не было свойственно разделять столь родственные понятия как «Lex orandi и Lex credendi» (лат.: правило молитвы и правило веры). «Но эта неразрывность церковной веры и церковного богослужения предполагает верное ощущение самой Церкви, верный церковный опыт, то есть восприятие верного соотношения между разными аспектами православной («кафолической». – Ф.С.) экклезиологии» [59].

    Бытие церковного общества определяется тремя временными аспектами: прошлое, настоящее и будущее (эсхатология). «Церковь живет апостольской верой, выраженной раз в прошлом, но на веки вечные сохраненной свидетелями Воскресения Христа из мертвых и в последующие времена святыми отцами и учителями Церкви. Эту же веру хранит весь церковный народ в целом. Но эта вера есть также и предвосхищение будущего Христова Царства. …Богослужение неотрывно от прошлого, настоящего или грядущего: настоящий момент в жизни Церкви связывает нас со всеми "от века благоугодившими" Богу и питает нас опытом радости и победы, которые от века предуготованы для избранных, но также возможны здесь и сейчас»[60]. Если это действительно так, как показывает опыт Церкви, то крайне важно признать необходимость богослужебного консерватизма, сохраняющего традиции святых апостолов, сакраментальный характер – Таинств Церкви.

    «В православном понимании Церкви вера сохраняется не только через апостольское преемство епископата, но и всем народом Божиим; соборность Церкви выражается не только в Соборах - Вселенских и Поместных, но также и в их принятии, и усвоении всем народом Божиим. Так и богослужение не есть дело одного лишь духовенства: оно творится и питается благочестием всего народа» [61].

    В конституции II Ватиканского собора сказано, что богослужение состоит из неизменяемых частей, установленных Самим Богом и «…подвергающихся изменению, которые на протяжении времени могут, и даже должны, изменяться, если в них вторглись, может быть, элементы, менее отвечающие самой сущности Богослужения, или если они стали менее соответствующими ей»[62]. Далее Собор поясняет необходимость подобных преобразований или, как сказано в конституции, «упорядочения богослужения»: «…чтобы они яснее выражали святыню, которую они знаменуют, и чтобы христианский народ мог без труда понять ее…»[63]. Таким образом, делается попытка максимального упрощения богослужебного строя для того, чтобы всякий, даже впервые пришедший в храм, мог бы без особого труда понять все происходящее в нем.

    «Обряды должны отличаться благородной простотой, ясностью в своей сжатости и отсутствием излишних повторений, они должны быть приспособлены к разумению верующих и, вообще, не должны нуждаться в длинных объяснениях»[64]. Наверняка, эти решения были продиктованы «истинной заботой о ближнем», о его спасении, и именно поэтому, освобождая верующих католиков от ненужных сложностей, «…богослужение было не просто сокращено (современная месса длится около 40 минут, иногда и меньше: в базилике св. Петра в Ватикане месса длится всего 17 минут), а именно переделано так, чтобы больше походить на протестантскую службу»[65].

    В погоне за простотой римо-католики сократили евхаристический пост, сделав его необосновано коротким: «Месса может служиться несколько раз в день, в том числе в вечернее время, и человеку достаточно в течение часа воздерживаться от принятия пищи»[66].

    Во время совершения нового чина мессы священник стоит за выдвинутым на середину храма престолом лицом к народу: «…священник и миряне образуют как бы круг равноправных сослужителей литургии»[67]. Однако в традиционной латинской мессе священник стоял, как и в Православной Церкви, спиной к народу как посредник между Богом и верующими, что, конечно же, предавало богослужению особый сакраментальный характер. После II Ватиканского собора исповедь в католических храмах отделена от причастия, в результате чего исповедь стала исчезать из приходской практики. Богослужение «гумманизировалось» и теперь акцент ставится не на богообщении, а на человеческом общении членов общины.

    Месса по-прежнему совершается в сопровождении органа, однако допущены и другие музыкальные инструменты. В своей статье церковный аналитик Николай Каверин писал: «Богослужебный модернизм привел к тому, что нередко мессы совершаются под гитару, в рок-ритмах, при минимуме традиционных богослужебных облачений у духовенства»[68].

    В некоторых экзотических регионах: Африке, Полинезии - за совершающимся богослужением используются элементы национальной танцевальной культуры, которое сопровождается звуками там-тама, бубна или других подобных инструментов. «Тут встает довольно важный, - размышляет протоиерей Максим Козлов, - вопрос: допустимо ли привнесение элементов такого рода народной культуры, культуры, которая, по сути дела, пропитана язычеством (неважно, примитивным или развитым), в богослужебную жизнь?»[69].


    «В свое время, - продолжает он, - Владимир Соловьев, как кажется, с достаточной справедливостью указывал применительно к Крещению Руси, что оно было, в некотором смысле национальным самоотречением, отрывом от прежней народной традиции. То было отречение от языческой тьмы, в евангельском, онтологическом смысле этого слова. Не сочетание, как у нас иной раз пишут, хорошего язычества, присоединенного к христианству (применительно к славянскому язычеству), а, напротив, отвержение его. Католицизм сейчас, как мы видим, пошел путем восприятия такого рода нехристианских религиозно-культурных традиций» [70].

    В «Конституции о Богослужении» (пункт 124-125) говорится о необходимости удаления из храмов «произведений художников, противоречащих христианскому благочестию и оскорбляющие подлинный религиозный смысл. Обычай предлагать в церквах почитанию верующих священные изображения должен оставаться нерушимым; однако их следует выставлять в ограниченном количестве…»[71]. Это постановление, как свидетельствуют сами католики, положило «…начало практическому иконоборчеству, распорядившись во внешне благопристойной форме (без теоретического иконоборчества) уменьшить количество священных изображений в церквах. На Западе сейчас можно встретить “католические” храмы без единого священного изображения. Даже в католической Италии имеет место не почитание, пренебрежительное отношение к многочисленным святым мощам» [72].

    Также подверглось упрощению и Священное Писание, которое, в процессе пересмотра богослужения, стало являеться «содействием» реформе и, что немаловажно, прогрессу: «Поэтому, для того, чтобы содействовать реформе, прогрессу и приспособлению Богослужения, нужно содействовать той благостной и живой любви к Священному Писанию, о котором свидетельствует священное предание как восточных, так и западных обрядов …Богослужебные книги, - говорится далее, - должны быть пересмотрены как можно скорее с привлечением к этому делу экспертов и при опросе Епископов различных стран мира»[73].

    В связи этим можно отметить, что Католическая церковь подошла к вопросу реформирования богослужения со всей основательностью, присущей западному менталитету.При этом указывается властный орган, имеющий право на преобразование всего строя богослужебной жизни Церкви: «Упорядочение Богослужения зависит исключительно от авторитета Церкви, который принадлежит Апостольскому Престолу и, по норме канонического права, Епископу»[74]. То есть речь идет о проведении реформ верховным управляющим Римской Церковью – папой.

    В своей статье «Об изменяемости и неизменности православного богослужения» протопресвитер Иоанн Мейендорф писал: «В историческом бытии Церкви часто возникают опасности от нарушения соборного единства и соборного восприятия истин веры …богослужебные реформы, исходящие "сверху", навязываемые иерархией, может быть, и на вполне правильных богословских основаниях, но без народного восприятия, без доверия и единства между церковной властью и народным благочестием. Такие реформы создают атмосферу разлада и часто приводят к расколу»[75].

    Подобного рода оторванность вышестоящих органов власти от простого народа, очевидно, незамедлительно найдет свое выражение в противостоянии, открытом недовольстве масс. «Так, во время последнего визита Иоанна-Павла II во Францию случились многочисленные выступления католиков против его посещения. Иные даже публично отказывались от крещальных обетов... При этом протестующие считают себя католиками и странным образом сочетают такого рода демонстрации с верой в папский примат власти и вероучительное право на непогрешимость» [76].

    Наиболее важным этапом преобразований стало переведение католического богослужения на национальные языки. В частности, конституция II Ватиканского собора гласит: «Но так как, и на Литургии и в преподании Таинств и в иных частях Богослужения, употребление местного языка может часто быть весьма полезным для народа, то можно уделить ему больше места, особенно в чтениях и поучениях, в некоторых молитвах и песнопениях, согласно нормам…»[77]. Необходимо отметить, что перевод богослужения и применение на практике был поручен квалифицированной комиссии, которая состояла из территориальной власти – епископов: «Перевод латинского текста на местный язык, для употребления в Богослужении, должен быть одобрен компетентной церковной территориальной властью…»[78].

    «Переводы богослужения (согласно решению II Ватиканского собора. – Ф.С.), на национальные языки, -писал доцент Московской Духовной Академии протоиерей Максим Козлов,- были осуществлены не самочинно, не на уровне отдельного прихода, или интеллигентами-энтузиастами - но санкцией местной епископской конференции»[79].

    Казалось бы, ничего предосудительного в деянии Собора не наблюдается, все обосновано и, в действительности, должно было бы принести изобилие добрых плодов, однако подобные изменения многовековой традиции были просто немыслимы для западного сознания, взрастившее свое мировоззрение на «тринитарном» догмате: совершении богослужения на трех языках по образу надписания на Кресте: «И была над Ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими: Сей есть Царь Иудейский». (Лк. 23,38) Только на этих трех языках: греческом, римском и еврейском, издревле считала Римская Церковь, можно было совершать богослужебное общение между верными. Достоверное свидетельство, подчеркивающее позицию Рима по данному вопросу, находим в описании жизни и проповеднических трудов равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия. Тогда римское духовенство восклицало: «Мы знаем только три языка, на которых можно славить Бога: еврейский, греческий и латинский»[80]. Таким образом, перевод латинской мессы на национальные языки стал своего рода трагедией для сознания традиционно мыслящих католиков.


    «Как признаются сами католики, наиболее пагубным следствием II Ватиканского собора стала богослужебная реформа 1969 года, проведенная папой Павлом VI. II Ватиканский собор разрешил переводить традиционную латинскую мессу на национальные языки с санкции местной епископской конференции и заменять старые богослужебные тексты вновь составленными, что и было осуществлено на практике в последующие 10–15 лет во всех католических странах. В результате, многие из католиков, привыкшие к традиционной латыни в богослужении, указывали на утрату сакрального молитвенного характера богослужения, а введение в обиход новых переводов мессы и отказ от намоленного за многие столетия латинского языка богослужения не только не привели в католические храмы новых людей, но оттолкнули огромную часть постоянных прихожан, для которых латинский язык означал преемственность традиций и древней культуры Римской церкви. Так, например, на воскресных мессах в крупнейших католических соборах Франции и других западноевропейских стран богомольцев почти нет; в некоторых странах здания древних соборов и кирх продаются под кафе и прочие увеселительные заведения, так как служить мессы в них попросту не для кого»[81].

    Неоднозначно восприняла подобные решения и некоторая часть епископов, объединившихся на II Ватиканском соборе в оппозиционную фракцию именуемую «Международной группой отцов». Возглавителем этой группы стал французский архиепископ Марсель Лефевр (1905-1991гг.), который, выражая позицию своих единомышленников, заявил:

    «Всем сердцем, всей душой, мы принадлежим Католическому Риму, хранителю Веры и традиций, которые необходимы для поддержания этой веры, Вечному Риму, господину мудрости и истины. Но мы отказываемся и всегда отказывались следовать за Римом, в котором правят неомодернистские тенденции и неопротестанские учения, явно проявившиеся на II Ватиканском Соборе и во всех реформах, определенных им. Никакая власть, пусть даже и высшей иерархии, не может принудить нас оставить или ослабить нашу Католическую веру, ясно выраженную и исповедываемую Святою Церковью в Ее извечном Учительстве в течение девятнадцати столетий. «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1,8). Не то же самое говорит нам сегодня Святой Отец? Будучи исчадием Либерализма и Модернизма, эта Реформа нашпигована ядом; она изошла из ереси и приводит к ереси, даже если не все ее проявления – формальная ересь. И поэтому всякому сознательному и верному Католику невозможно принять эту Реформу и подчинится ей каким бы то ни было образом. Единственно верная позиция по отношению к Церкви и современному Римскому учению, ведущая к спасению, – это категорический отказ принять Реформу»[82].

    В результате «упорядочения» и перевода богослужения II Ватиканским собором значительно увеличился отток верующих католиков из Католической церкви. «Огромное количество священнослужителей и монашествующих сняли с себя сан и иноческие обеты»[83]. Действительно, не органичное реформирование традиционных устоев, как было отмечено выше, «создают атмосферу разлада и часто приводят к расколу», а сохранение исконных традиций, питающихся своими корнями от божественного источника апостольского преемства, не от человеческого измышления, способствует укреплению как самой Церкви, так и ее верных чад.

    «В наше время,- отмечает протопресвитер Иоанн Мейендорф, - миллионы людей духовно питаются православным богослужением. Очень многие - у нас, на Западе - начинают понимать Православие именно через литургическую традицию не только христианского Востока, но и древнего христианского Запада. В православном богослужении они находят и связь с апостольской верой первых веков христианства, и опыт грядущего Царства Божия»[84].

    Необходимо также отметить и подвергшийся изменению церковный календарь – святцы. Произошло это потому, что из-за обилия святых, прославленных Католической церковью, литургическое поминовение всех их в календарном году стало уже невозможным. В результате произведенной «чистки» этого списка осталось около половины празднуемых дней в году. Под предлогом недостоверности жития некоторых святых Древней неразделенной Церкви из святцев были исключены такие святые, как великомученик и Победоносец Георгий, святая великомученица Варвара, святые священномученик Киприан и мученица Иустина и некоторых другие. «Это не относится, как приходилось несколько раз читать в нашей прессе, к святителю Николаю, имя которого находится в числе святых общекатолического календаря»[85]. В другой половине календаря нашли свою нишу местночтимые святые. «Как кажется, в этом — при, безусловно, неприемлемом для нас рационалистическом подходе к почитанию древней святости — есть немалый смысл. Практика особого литургического почитания святых, памятных связью с судьбами страны или с благочестием данного народа, заслуживает того, чтобы к ней присмотреться внимательнее»[86].

    В целом, богослужебная реформа Католической церкви, II Ватиканского собора, носит, по степени изменения приоритетов деятельной жизни Церкви, эпохальное значение, что безусловно дало развитие совершенно нового образа мысли не только Католической Церкви, но и всей религиозной мысли Запада.


Глава 2. Декрет II Ватиканского собора об экуменизме

    В одноименном разделе II Ватиканского собора говорится следующее: «Способствовать восстановлению единства между всеми христианами – одна из главных задач Священного Вселенского Второго Ватиканского Собора. Ибо Христом Господом была основана одна и единая Церковь, хотя многие христианские Общины представляют себя истинным наследием Иисуса Христа…»[87]. Далее в документе говорится о невозможности духу разделения управлять Церковью Христовою, а также христианам верить по-разному, т.к. если Христос один, то и вера в Него должна быть одна[88].

    «Но Владыка веков… начал в наши дни обильнее изливать на разъединенных между собой христиан – дух покаяния и желание единства. В этом движении к единству, называемом экуменическим, участвуют призывающие Триединого Бога и исповедующие Иисуса, как Господа и Спасителя, не только отдельные лица, но и объединенные в Общины, в которых они услышали Евангелие и которые они называют Церковью своей и Божией. При этом почти все, хотя и по-разному, стремятся к единой и видимой Церкви Божией, которая была бы подлинно вселенской…»[89].

    Как видно из вступления к «Декрету», Католическая церковь ратует за соединение христианских общин, исповедующих Триединого Бога и Господа Иисуса Христа Сына Божия. Такой подход к духовному соединения христиан получил название – межхристианского экуменизма. Однако Ватикан стал новатором более совершенной формулы, соединения несоединимого: создание межрелигиозного экуменизма, целью которого является соединение всех мировых религий в одну. Это направление экуменизма получило свое второе название - суперэкуменизм.

2.1 Предварительные понятия

    Впервые экуменизм, как термин, получил свое распространение в 1910 году на Всемирной миссионерской конференции в Эдинбурге (Шотландия). Там же были организованы два параллельных движения «Вера и церковное устройство» и «Жизнь и труд», имевшие своей целью объединение под одним флагом всех христиан мира. В 1948 году эти движения объединились в руководящий орган, который получил название Всемирный Совет Церквей (ВСЦ) с центром в Женеве.

    Первой из числа Поместных Православных Церквей в ВСЦ вошла Константинопольская Церковь. Константинопольский Патриарх в 1920 году выпустил окружное послание, в котором обосновывается необходимость «…создания Лиги Церквей – содружества всех христианских Церквей для взаимной помощи, сотрудничества и достижения единства»[90]. Все же остальные Поместные Церкви к вступлению в ВСЦ относились отрицательно.

    Ватикан официально в ВСЦ не входил, однако понимание экуменизма в католической церкви имеет свои особенности: наряду с членством в конференции «Вера и церковное устройство» Католическая церковь проводит активную самостоятельную экуменическую политику, в основном по отношению к Восточным Церквам.

    Идею же межрелигиозного экуменизма, нехристианского, преподнесла человечеству Индия, в лице своего выдающегося мыслителя Свами Вивекананду, который своим выступлением на I Всемирном конгрессе религий предложил объединить все верования мира в одну вселенскую религию. «Эта идея нашла своих почитателей среди многих христианских экуменистов, и в 1938 году в Афинах один из самых крупных деятелей христианского экуменизма Поль Андерсон заявил: «Мы не столько ограничены, чтобы объединять только христиан разных исповеданий. Сейчас мы объединяемся вокруг идеи единобожия вообще, отчего в экуменизм войдут иудеи, магометане и др.»[91].

    В 1964 году на II Ватиканском соборе Католическая церковь дала пример всему христианскому миру, приняв догмат (см. выше, ч.I, гл.II), определивший приоритетное направление ее деятельности – суперэкуменизм.

    «Смелый шаг Ватикана, который уже начал сотрудничать с ВСЦ, послужил решающим фактором к коренному повороту ВСЦ в сторону суперэкуменизма, который стал основным направлением его деятельности…»[92].

    «Итак, - писал иеромонах Серафим (Роуз), - во всем этом мы видим эффектный успех индуизма, или Свами Вивекананды, или силы, двигающей Вивеканандой. Она окончательно расправилась с католицизмом. Ее сторожевые псы приняли вора за друга своего хозяина, и дом был ограблен у них на глазах. Вор сказал: «Давайте установим взаимопонимание всех вер», и его пропустили в ворота. Это была такая простая уловка. Христианские индуисты (свами) просто пересказали философию веданты, пользуясь христианской терминологией. А вот индуистским христианам (католикам-модернистам) пришлось экстраполировать (расширить) свою религию, включить индуизм. Тогда неизбежно истина превратилась в заблуждение, а заблуждение – в истину»[93].

    За этим последовали официальные приглашения представителей нехристианских религий на заседания ВСЦ: иудеев, мусульман, индуистов, буддистов и синдхиистов. Необходимо отметить тот факт, что уже в 1991 году на Ассамблее в Канберре (Австрия) представители нехристианских верований являлись полноправными членами Совета, участвуя в совместных молениях и общественно-религиозных мероприятиях. В многочисленных статьях главного издательского органа ВСЦ, «Экуменикл ревью», проводится активная пропаганда «…необходимости нивелирования всех верований мира и объединения их в одну универсальную Вселенскую религию во имя достижения взаимопонимания, мира и согласия между народами всех стран и континентов»[94].


2.2 Религиозная основа экуменизма

    В предисловии к своей книге «Православие и религия будущего» иеромонах Серафим (Роуз) писал: «Каждая ересь имеет свою собственную «духовность», свой особый характерный подход к практической религиозной жизни. Так католицизм до недавнего времени обладал своим особым, легко отличимым видом благочестия… Протестанты-фундаменталисты также имеют свой подход к духовному «возрождению»… и во всем этом можно заметить влияние на религиозную жизнь фундаментальных искажений христианской доктрины» [95].

    Начиная с 1910 года, как уже было отмечено выше, формируется новый пласт религиозного мышления, основанный на призыве вначале различных христианских общин, а затем и нехристианских объединений, к преобразованию многогранности религиозного опыта многочисленных верований в один.

    «До недавнего времени, - продолжает отец Серафим, - казалось, что экуменизм – нечто настолько искусственное, синтетическое, что никакой собственной духовности он не несет; «литургии», проводимые на экуменических собраниях – от больших до малых, казались всего-навсего, чуть более сложным вариантом протестантской воскресной службы»[96].

    Энтузиастам ВСЦ потребовалось не одно десятилетие усиленной работы для того, чтобы эта «синтетичность» приобрела более естественные, по внешнему выражению, формы межрелигиозного взаимодействия. Эта видимая естественность, в значительной степени, получила свое обоснование благодаря настойчивости многих религиозных мыслителей (конец IXX начало XX века), которые, пытаясь вести межконфессиональные диалоги о взаимном сотрудничестве, сами становились заложниками этого пагубного веяния. Среди русских религиозных мыслителей к таким относились Владимир Соловьев, отец Сергий Булгаков, Николай Бердяев и др.

    «Большой вклад в формирование широкого религиозного, экуменического мировоззрения христиан, особенно православных, внесли многие либеральные религиозные философы и мыслители «серебряного века», их последователи и предшественники… своими попытками модернизации Православия и в целом христианства закладывали основы экуменизма»[97].

    Владимир Соловьев писал: «Свободное единение человечества в Церкви Христовой есть цель христианской политики. Эта цель не может быть достигнута, пока самый первообраз вселенского единения на земли – видимая Церковь – пребывает разделенною. Поэтому первая задача христианской политики есть восстановление церковного единства. Но чтобы оно должно проистекать прямо из религиозно-нравственных побуждений и ими руководствоваться»[98].

    «Общая основа религии, - писал он, - живое ощущение действительного присутствия Божества»[99].

    С другой стороны, Владимир Соловьев считал, что «…христианство в современном его виде не отвечает запросам исторического «прогресса» общества, устарело и требует коренной переработки»[100]. Как выход из сложившейся ситуации он предлагает создать новую всемирную религию, основанную на объединении христианства с религиозной пантеистическо-языческой практикой, управляющим этой «пирамиды» поставить римского первосвященника. Религиозный пантеистическо-языческий опыт должен стать идеологической базой единого теократического государства, члены которого будут иметь непосредственное и совершенно свободное общение с «высшей силой»[101].

    Необходимо отметить, что вопреки христианскому пониманию Владимир Соловьев усваивал «Троице» мужское начало, а сопутствующей ей «Софии» - женское. Подобное мировоззрение нашло отражение и в трудах его последователей. Так, например протоиерей Сергий Булгаков отмечал, что Бог разделяется на два существа: мужское – «Троицу» и женское – «Премудрость Божию», которая является «живой умной сущностью»[102]. В свою очередь саму Святую Троицу он необоснованно разделял по половому признаку: «Сын» - мужского рода, а «Святой Дух» - женского[103].

    Считая религиозный опыт язычества богооткровенным, отец Сергий утверждал, что «…христианство подготавливалось не только в иудействе, но и в язычестве»[104].


    «Николай Бердяев(1874-1949гг.), - писал иеромонах Серафим (Роуз), - ни в какое нормальное время не считался бы православным христианином. Его можно было бы охарактеризовать как гностика-гуманиста, философа, черпавшего свое вдохновение скорее от западных сектантов и «мистиков», чем из православных источников»[105].

    Творчество Николая Александровича Бердяева основано на возведении свободы человеческого самоопределения в степень «первоначала», которое, по его пониманию, несравненно выше творческой идеи Бога. Человек настолько велик, что смог противосстать своему Творцу, смог сам определить свое дальнейшее, после падение, бытие, смог сам стать самостоятельным и независимым от Него. Как следствие столь невоздержанного свободомыслия является совершенно нехристианский, а подчас откровенно антихристианский, характер его произведений. Ниже приведем некоторые из его высказываний.

    В своем труде «Самопознание» он писал: «Свобода для меня первичнее бытия…, я всю жизнь пишу философию свободы»[106]. «Я объявлял восстание против всякой ортодоксии, все равно марксистской или православной, когда она имела дерзость ограничивать или истреблять мою свободу»[107].

    Бердяев отрицал божественные качества, такие как Всемогущество, Предведение, Промысл и др., говоря о бессилии Бога-Промыслителя: «У Бога меньше власти, чем у полицейского, солдата или банкира, Он не управляет этим миром. Этим миром управляет князь мира сего»[108].

    Сам Николай Александрович признается, что имеет особое мистическое дарование, благодаря которому он «слышит», а «услышанное» претворяет в своих произведениях: «Я пишу потому, что внутренний голос повелевает мне сказать то, что я услыхал»[109]. «Мне свойственно первичное мистическое мирочувствие… Экхарт, Беме, Ангелус Силезиус мне ближе, чем учителя церкви»[110].

    «Мир движется к новой духовности и к новому мистицизму; в нем больше не будет места аскетическому мировоззрению… Успех движения к единению христианства предполагает новую эру в самом христианстве, новую и глубокую духовность, то есть новое излияние Святого Духа»[111].

    «Совершенно ясно, что нет ничего общего между этими суперэкуменическими фантазиями и православным христианством, которое Бердяев в действительности презирал»[112]: «Я не любил монахов… Я также никогда не любил церковно-славянского языка. Эстетически я даже предпочитал церковную латынь, и мне больше нравилась католическая служба…, в моем отношении к Православной Церкви всегда было что-то мучительное»[113].

    Подобное настроение передовой, философски мыслящей, части интеллигенции не могло не отразится в обществе, которое к тому времени уже изрядно притупило свое религиозное самосознание модным вольнодумством. Мысль о незначительности препятствий в воссоединении христианских вероисповеданий, о наличии спасающей благодати в нехристианских религиях на протяжении многих десятилетий глубоко укоренилась в сознание современного человека. Именно эта мысль и стала главной основой экуменического движения. Он, человек, строит рай на Земле, искренне желает в вечно жить во временном, искренне оправдывает свое падшее состояние перед судом совести, искренне не желает осознавать себя зависимым от кого бы то ни было, искренне кричит: «я свободен!», будучи закован в цепи своего падшего естества.


2.3 Попытка экклезиологического обоснования экуменизма

    Признавая Православие носителем неповрежденной Истинны, некоторые православные экуменисты считают, что в других конфессиях она повреждена лишь частично, несущественно, так что вера и мистическое единство Церкви сохраняется. Протоиерей Сергий Булгаков считал, что Церковь разделена только внешне, организационно, при сохраняющихся внутренних основах, которые выражаются в общей вере и Таинствах. «Надо громко сказать, - говорил он, - и еретики находятся в Церкви. Совершившееся разделение не доходит до дна, оно ограничено и не разделяет тела Христова, Церкви Его»[114].

    Протоиерей Георгий Флоровский в своей книге «О границах Церкви» отмечал, что «…и в самих расколах (и даже у еретиков) Церковь продолжает творить свое спасающее и освящающее действие»[115].

    В «Экклезиологических тезисах» протоиерей Александр Мень писал: «Факт взаимопризнания апостольского происхождения иерархии и реальности совершаемых таинств у католиков и православных есть признание на деле подлинного единства Церкви... Молитвенное общение уже установлено (например, общеизвестны факты участия представителей Ватикана в отпевании Московского патриарха и православного поминовения умершего папы). Следует отметить, что Московский Патриархат распространил среди духовенства специальный чин отпевания католиков и других инославных. Канонического общения не существует (это и есть "разделение Церквей"), но взаимопризнание иерархии и таинств создает для него все предпосылки в будущем. Евхаристическое общение не стало общей практикой, ввиду того, что оно предполагает полноту канонического общения. Пока же католический епископат разрешает причащаться в православных храмах, а Синод Русской Православной Церкви допускает в случае необходимости принимать к участию в таинстве католиков»[116].

    Необходимо отметить, что никакого совместного молитвенного общения, о котором говорит Александр Мень, между Православной Церквью и Католической не существует и быть не может. Присутствие представителей Католической церкви при отпевании Патриарха не свидетельствует о имеющемся между Церквами молитвенного общения, также как не считается, что по совместной молитве в Великую Субботу сходит Благодатный Огонь на Гробе Господнем. Напротив, все знают, что это происходит по первосвятительской молитве православного Патриарха. И о каких Таинствах в данном контексте говорит о. Александр? В каких Таинствах Православной Церкви могут участвовать римо-католики? Хотя, конечно, они могут прибегнуть к Православному Таинству Исповеди, но лишь в том случае, когда, осознав свое пагубное заблуждение, покаются в нем и обратятся от католицизма к Истине Православной Веры.

    Святитель Марк Ефесский (†1457) писал: «Мы отторгли от себя латинян не по какой иной причине, кроме той, что они еретики. Поэтому совершенно неправильно объединяться с ними… Латиняне не только раскольники, но и еретики. Церковь молчала об этом потому, что их племя гораздо больше и сильнее нашего» [117].

2.4 Главное достижение экуменизма

    Как уже было отмечено выше, экуменизм имел своим истоком, казалось бы, благую на первый взгляд идею - соединение христианских конфессий в единую общность христианской Церкви, тем самым исполняя божественный призыв: «Да будут все едино». (Ин. 17,21) Однако спустя совсем непродолжительное время это «благое» намерение переросло в откровенно антихристианскую политику со стороны как языческих верований, так и, что самое страшное, со стороны исповедующих имя Господа нашего Иисуса Христа – Католической церкви и протестантских деноминаций. Признавая возможность соединения Церкви Христовой с языческим зловерием, под флагом «единобожия», Католическая церковь ниспровергает божественное достоинство Бога Отца, Творца неба и земли, Бога Живого, Вечного, под ноги идолопоклонников, которые поклоняются бездыханным идолам. В погоне за призрачным единством всех мировых религий Римско-католическая церковь допустила небывалое еще в истории человечества кощунство, глумление над самым сакраментальным для каждого христианина местом, где незримо восседает сам Царь Славы, Святая Святых – алтарем Господнем: «На организованном Ватиканом в Ассизе межрелигиозном молении о мире во всем мире 27 октября 1986г. католический храм был предоставлен во временное пользование буддистам, и на престол они поставили статую Будды» [118].

    Что это?! Чем, даже малейшим, можно оправдать подобное поведение руководящих органов Римско-католической церкви? Что общего у безжизненного истукана с Живым Богом? «Бог наш на небесах [и на земле]; творит все, что хочет. А их идолы, - восклицает псалмопевец Давид, - серебро и золото, дело рук человеческих. Есть у них уста, но не говорят; есть у них глаза, но не видят; есть у них уши, но не слышат; есть у них ноздри, но не обоняют; есть у них руки, но не осязают; есть у них ноги, но не ходят; и они не издают голоса гортанью своею. Подобны им да будут делающие их и все, надеющиеся на них»(Пс. 113, 12-16). Как могут христианские экуменисты не видеть столь явного противоречия своих действий с Божественным Откровением? В действительности исполняются слова пророка и псалмопевца Давида: «Подобны им (слепы, глухи и пр.) да будут делающие их и все, надеющиеся на них». Как могут они забыть многочисленные примеры отпадения еврейского народа в идолопоклонство, за которые израильтяне были неизбежно наказываемы Господом? По всей видимости, единство с языческими идолами, для римо-католиков, несравненно желаннее, нежели единение с Истинным Богом.

    На основании всего вышеизложенного необходимо заключить, что главным достижением экуменизма стало разрушение всего догматического строя, а также многовековых традиций Католической Церкви, которая, повторимся, признав идолов живыми истинными богами, предала Того, Который отдал Жизнь Свою за грехи всего человечества и именем Которого, к сожалению, прикрывается современная, фактически став номинальной в своем христианском достоинстве, Церковь, «…впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться». (Мф.26,24)

    Выводом данного раздела может послужить краткое определение экуменизма, приведенное в книге Н.В. Васильева «Наша вера»: «Экуменизм является антихристианским религиозным движением, руководимым «отцом лжи» - диаволом, направленным на борьбу с истинным Богом (Пресвятой Троицей и Иисусом Христом) и его Откровением, целью которого является создание вселенских универсальных религии и церкви антихриста, представляющей конгломерат религий и вер»[119].


ГЛАВА 3. МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ 
3.1 Позиция II Ватиканского собора

    Итак, в своих размышлениях Католическая церковь признала богоотровенность, спасительность нехристианских религий (см.: ч.I, гл.2) и крайнюю необходимость объединения всех верований в одну всемирную религию. «Церковный законодатель, - говорится в каноническом праве Католической Церкви, - обязанный воспринимать Второй Ватиканский собор как свое alter ego (второе «Я»), разумеется, не мог не отозваться на этот экуменический настрой всего соборного учения. И в самом деле, уже глава об образовании клириков напоминает в каноне о необходимости осознания учащимися «миссионерских и экуменических проблем»» [120].

    Однако в «Декрете о миссионерской деятельности Церкви» говорится следующее: «…при нынешнем порядке вещей, из которого рождаются новые условия для человечества, Церковь, соль земли и свет миру, призывается неотложно спасать и обновлять всю тварь, чтобы соединить все под Главою Христом и чтобы люди в Нем составили единую семью и единый Народ Божий. Поэтому Священный Собор…, желает изложить начала миссионерской деятельности и соединить силы всех верующих, чтобы Народ Божий, идя узким крестным путем, мог повсюду распространять Царство Христа, Господа и Бога веков, и Ему, Грядущему, предуготовлять путь»[121]. Далее в «Декрете»: «Это всемирное предустановление Божие о спасении рода человеческого совершается не только как бы тайным образом в сердцах людей, или через начинания, даже религиозные, посредством которых они многообразно ищут Бога, не коснутся ли Его и не найдут ли, хотя и не далеко Он от каждого из нас (Деян.17,27): ибо такие начинания должны быть просвещены и исправлены, хотя по благостному, промыслительному совету Божию они могут быть детоводительством к истинному Богу или предуготовлением к Евангелию»[122].

    Несложно даже в столь незначительных примерах увидеть двойственность позиции Католической церкви в зависимости от того с кем, и по какому вопросу, она ведет диалог: когда речь идет о экуменическом единении, Католическая церковь с глубочайшим признанием и уважением отзывается о религиозном опыте языческих верований; когда же осмысливается христианская позиция –провозглашает Христа единственным Спасителем всех людей (см. выше). В конечном итоге, в столь тонкой политике Ватикана цель совершенно определена – главенство Католической церкви над всем мировым сообществом и, конечно же, под чутким предводительством римского епископа – папы. «Ибо только через Католическую Церковь Христову, которая есть общее для всех орудие ко спасению, можно получить всю полноту спасительных средств. Мы верим, что Господь вверил все богатство Нового Завета только одному Собору апостолов (римской коллегии. – Ф.С.), глава которого Петр (в лице своего приемника – папы. – Ф.С.)…»[123].

    В чем же заключается миссионерская деятельность Римской церкви если она столь нестабильна в определении своих симпатий? Кого в таком случае просвещать, если все «…предназначены к Народу Божию различными путями?»[124]. Еще большее недоумение вызывает политика Ватикана по отношению к Восточным Церквам, в частности, к Русской Православной Церкви. В «Декрете об экуменизме» (глава 3) «О Церквах и церковных общинах разъединенных с апостольским римским престолом» говорится: «Священному Собору отрадно напомнить всем, среди других важных данных, что на Востоке процветают многие отдельные или поместные Церкви…, между которыми первое место занимают Патриаршие Церкви. Поэтому у Восточных преобладали, и еще сегодня преобладают, забота и попечение о соблюдении в общении веры и любви, братских сношений, которые должны существовать между поместными Церквами, как сестрами»[125].

3.2 Патриаршие Церкви Востока

    Далее в «Декрете» отмечается, что Восточные Церкви обладают сокровищницей, из которой Западная церковь черпала многое в области богослужения, духовного предания и канонического права. «Надо также оценить по достоинству, что основные догматы христианской веры о Святой Троице и Боге-Слове, были определены на Вселенских Соборах, проходивших на Востоке»[126].

    Не обошли римо-католики вниманием и территориальный вопрос, который на протяжении многих столетий формировался в области канонического права. «Согласно древнейшему преданию Церкви особая честь воздается Патриархам Восточных Церквей, так как каждый из них предстоятельствует своей Патриархии как отец и глава. Поэтому Священный Собор решает, что их права и преимущества должны быть восстановлены согласно древним преданиям каждой Церкви и постановлениям Вселенских Соборов. Эти права и преимущества суть те, которые существовали во время единства Востока и Запада, если даже и надлежит в некоторой степени сообразовать их с современными условиями. Патриархи со своими Синодами составляют высшую инстанцию для всех дел Патриархии, не исключая права открывать новые епархии и назначать епископа своего обряда в границах патриаршей территории, при сохранении ненарушимого права Римского Первосвященника вступаться в отдельных случаях»[127].


    Как видно из приведенных, а так же из множества других подобных мест конституции II Ватиканского собора Патриаршие Церкви возводятся Католической церковью в законное достоинство с признанием установленного Вселенскими Соборами территориального права, однако, несмотря на это, роль, отводимая при этом римскому епископу, неоправдано преувеличена. Столь многообещающие высказывания Католической Церкви о Православии вот уже на протяжении многих десятилетий остаются бесплодны, за кулисами же мировой арены разворачивается совершенно иная, поражающая своим вероломством и циничностью, сцена.

    «Внимание латинства направлено… на Восток, преимущественно на Россию. «Несем Христа народам» - громко возглашают инославные, направляя свою активность в сторону России, к народу русскому…, как равно и к православным народам Югославии, Болгарии, Греции и др. Что это; братская рука помощи? Если «несем Христа народам», то не следует ли обратить лицо свое и стопы к народам, все еще пребывающим в язычестве, в иудействе и в мусульманстве? Наши православные народы обладают Христом, хотя и спотыкаются на своем жизненном пути, а наш русский народ, на которого и направлен, главным образом, поход инославия с их лозунгом «несем Христа народам», просвещен светом Евангелия еще Апостолом Андреем и сочетался со Христом, во св. крещении, со времен кн. Ольги и кн. Владимира; зачем же ему принимать новое «крещение», новое «просвещение»?»[128]. Используя подобный лозунг, латиняне, вопреки здравому смыслу, на прямую свидетельствуют о том, что православные Востока не знают Христа и никогда не сочетались с Ним во святом Крещении. Территориальное каноническое право Восточных Патриархий, как показывает опыт многовекового прозелитизма Католической церкви, не только не берется во внимание, но и совершенно бесстыдным образом, с особой ненавистью, попирается. Уместно вспомнить страшную экспансию Римо-католической церкви на территории исконно православной Украины, где «вера Христова» насаждается излюбленными методами латинян: насилием и ложью. На канонических, издревле сформировавшихся территориях Патриарших Церквей, Ватикан, уподобляясь грабителю, открывает свои епархии, приходы, создает миссионерские общины и т.п. Здесь есть Христос! Здесь есть Его Церковь! Здесь есть народ, поклоняющийся Ему в правде и истине! Кому они проповедуют Христа?!

    «Я утверждаю, – пишет Ф.М. Достоевский, - что наш народ просветился уже давно, приняв суть Христа и Его учение. Научился в храмах, где веками слышал молитвы и гимны, которые лучше проповедей. Повторял и сам пел эти молитвы еще в лесах, спасаясь от врагов своих в Батыево нашествие, пел «Господи сил с нами буди» и тогда-то и заучил этот гимн, потому что кроме Христа у него не осталось тогда ничего, а в нем уже одном, в этом гимне – вся правда Христова… Выйдет священник и прочтет «Господи и Владыко живота моего», а в этой молитве вся суть Христианства, весь его катехизис, а народ знает эту молитву наизусть. Знает тоже наизусть многие из житий святых»[129].

    13 мая 2002 года на пресс-конференции в Зале церковных Соборов храма Христа Спасителя Патриарх Московский и всея Руси Алексий II заявил: «Я убежден, что Римо-Католическая церковь отошла от экклезиологического принципа, провозглашенного Вторым Ватиканским собором, когда Православные Церкви были названы Церквами-сестрами. С Церквами-сестрами так не поступают; среди них не проводят прозелитизма и не громят православные епархии»[130].

    Чуть позже, «…на пресс-конференции перед началом Съезда православной молодежи Патриарх Алексий II заявил, что «не исключает» визита Папы Римского в Москву, однако при условии, что этот визит будет «хорошо подготовлен», а препятствия для него - «устранены». Основным «препятствием» является совершенно неравноправное положение православных и греко-католиков в западных областях Украины, где «были разгромлены в буквальном смысле слова три православные епархии». Другое «препятствие» - «прозелитизм», который осуществляется католиками в Белоруссии, на Украине, в России и Казахстане. «В России работают 10 миссионерских католических орденов», - заявил Предстоятель Русской Православной Церкви. «Мы не согласны с тем утверждением католических миссионеров, что Россия является «миссионерским полем» Римо-Католической церкви», - подчеркнул Патриарх» [131].

    На сегодняшний день в России и странах ближнего зарубежья насчитывается около 11 католических епархий. Излюбленным методом насаждения католической веры является уния, которая приняла особое распространение в западной части Украины.


3.3 Уния. «Восточный обряд»

    «Уния (от лат. Unio – единение, союз) представляет собой скрепленное договором «объединение» некоторой части Православной Церкви с католической под властью папы»[132].

    Одним из самых распространенных форм действия «миссионерского движения», унии, на территории Патриарших Церквей является так называемый, «восточный обряд», который был разработан иезуитами. «Восточный обряд» предназначается для того, чтобы, как можно эффективней, обращать православных в католичество, в связи с этим в нем «…полностью сохраняется православная обрядовая форма богослужения, включая православное облачение священника, с его внешним видом и манерами поведения, призывание православных святых и т.д., и даже Символ веры читается без филиокве. Единственным условием является беспрекословное подчинение верховному владычеству папы»[133]. Небывалое отступление от своих принципов догматического характера - и все ради того, чтобы удобнее овладевать сознанием православно верующих людей, уловлять души, устанавливая свою власть в завоеванных ими областях. Не о них ли говорил Господь: «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные»? (Мф.7,15) В Ватикане сразу же после установления в России власти «Советов» был срочно реорганизован отдел пропаганды восточного обряда, а в Риме иезуитами создано училище миссионеров «Русикум», ныне действующее, предназначавшееся для установлении унии по восточному обряду в СССР. Попытка, не удавшаяся, до революции 17-го года, как уже было отмечено, вновь обретает небывалую силу, особенно на Украине.

    Священномученник Петр (Полянский), местоблюститель патриаршего престола, в своем послании от 25 июня 1925 года, писал о католическом «Восточном обряде»: «Много врагов у Православной Христианской Церкви. Теперь они усилили свою деятельность против Православия. Католики, вводя наш богослужебный обряд, совращают, особенно в западных, издревле православных Церквах, верующий народ в унию, и тем самым отвлекают силы Православной Церкви от более неотложной борьбы с неверием»[134].

3.4 Законопроект об ограничении деятельности католических
приходов на территории Российской Федерации

    Обеспокоенная столь небывалым размахом деятельности миссионерских орденов Католической церкви на территории России, Государственной Думой широко рассматривается, предложенный депутатом Виктором Алкснисом, проект об ограничении ее деятельности на территории Российской Федерации[135]. В частности, Виктор Имантович заявляет: «…11 февраля 2002 года главой Ватикана Папой Римским Иоанном-Павлом II было заявлено об объявлении России церковной провинцией Римско-католической церкви и повышении статуса административных (я подчеркиваю: административных) структур Римско-католической церкви на территории России до уровня епархий. его оригинальных структурах. Я утверждаю, что Римско-католическая церковь сознательно провоцирует территориальные претензии Японии к России, называя в своих официальных документах остров Сахалин и Курильские острова японским названием "префектура Карафуто". Министерство иностранных дел Российской Федерации уже расценивало это как недружественный акт и вмешательство во внутренние дела Российской Федерации. Об этом говорится в заявлении МИДа России от 26 февраля этого года в связи с использованием в официальном титуле католического епископа наименования "апостольский администратор для католиков латинского обряда Восточной Сибири и префектуры Карафуто". Уже после внесения данного проекта обращения в Государственной Думу вечером 19 апреля в аэропорту "Шереметьево-2", так называемый, апостольский администратор Восточной Сибири и префектуры Карафуто епископ Ежи Мазур, прилетевший из Варшавы, нашими пограничниками был посажен обратно в самолет и выдворен за пределы России. Некоторые мои коллеги утверждают, что нам не следует вмешиваться в религиозные вопросы, поскольку Россия является светским государством. Но почему мы не замечаем, что государство Ватикан категорически противится строительству Православной Церкви в Риме, на территории российского посольства? Почему мы не замечаем, что на Украине власть провоцирует раскол Православной Церкви, активно вмешивается в церковные дела? Почему мы не замечаем, что в Эстонии Правительство активно борется против Русской Православной Церкви? Как мне представляется, в этой ситуации Римско-католическая церковь должна была бы идти в Россию с оливковой ветвью примирения и покаяния. Но к сожалению, вместо этого осуществляется экспансия, осуществляется политика шантажа и давления. Именно поэтому я считаю, что нам необходимо принять это обращение. Еще раз повторяю: в этом обращении не ставится вопрос о запрете деятельности Римско-католической церкви на территории России. Речь идет о деятельности административных структур Ватикана, епархий»[136].


    По данному вопросу высказались некоторые депутаты, которые также отметили актуальность предложенного законопроекта. Владимир Жириновский заявил, что «…это не просто Римско-католическая церковь, это государство Ватикан, и они не имеют права (открывать свои административные округа. – Ф.С.) без согласия Правительства России, не только без согласия Московского Патриарха, как руководителя православной общины и всего православного мира... Открывают отделения чужого государства здесь, ибо у них статус государства Ватикан. Сперва они в виде отдельных епархий, а потом это будет уже как бы дополнительный рупор идеологического воздействия»[137].

    Депутат Гамзатова: «Я просто хочу предостеречь тех, кто будет голосовать против этого постановления, на примере Дагестана. Точно так же в свое время нам объясняли, что Россия - это светское государство и бороться с ваххабизмом не надо. И в итоге это кончилось большой кровью и, более того, такой трагедией, которая будет отзываться еще очень долгие и долгие годы. Хочу разъяснить, что ваххабизм как официальная религия существует, но на нашей территории, где образовался вакуум, где все проповедовали атеизм, наступают новые религии, и они, попадая на эту почву, где нет основы, преображаются. В итоге мы имеем сегодня тот экстремизм, который есть»[138].

    «Результаты голосования (15.05.2002-17 час. 20 мин. 44 сек.) Проголосовало за 169 чел. 37,6% Проголосовало против 37 чел. 8,2% Воздержалось 4 чел. 0,9% Голосовало 210 чел. Не голосовало 240 чел. Результат: Постановление не принято»[139].

    Проблема вероломной экспансии католиков на территории Российской Федерации становится все более и более насущной не только для православно мыслящих людей, но и для простых граждан. На сегодняшний день в обществе возник столь очевидный конфликт римского католицизма с местным населением, что для его разрешения потребовалось вмешательство местных органов самоуправления, как это произошло, например, в случае выдворения католического епископа Ежи Мазура за пределы государственной границы России (см. выше). Стихийное разрешение подобных конфликтов происходит несмотря на то, что сам законопроект был отклонен в первом чтении на заседании Государственной Думы. Таким образом, непринятый законопроект вопреки всему возымел реальную силу, действенность которой продемонстрировала реакция самих католиков в лице своего лидера, апостольского администратора для католиков латинского обряда европейской части России архиепископа Тадеуша Кондрусевича, который уже в ноябре того же года обратился к правозащитным органам с заявлением об ущемлении прав католического меньшенства на территории России, в частности он отметил: «…в последние месяцы началась систематическая высылка из страны священников-иностранцев. Это делается демонстративно, сопровождается грубостью и оскорблениями при полном отсутствии объяснений причин высылки…, на практике получается, что католики в России являются людьми второго сорта, так как им отказывают в праве иметь достаточное число пастырей…, Сегодня попираются права католиков. Завтра жертвой может стать каждый»[140].

    В Россию не пустили католических священников – разжигание межконфессиональной распри, попытка ущемить религиозные чувства меньшинства; массовые разорения православных храмов, избиение верующих по религиозным убеждениям, даже во время богослужения, обезумевшими молодчиками-униатами (не редко со смертельными исходами) - реалии сегодняшних будней православных общин Украины. Вот истинное лицо латинян, вот их методы, которые сегодня они демонстрируют всему миру.

    «Унии и униатство являются одним из главных методов обращения православных в католичество, основанном на принуждении, насилии и обмане и проводимом под давлением светских властей, католиков и прокатолической части «православного» духовенства, и служа основной задаче Ватикана – разрушению Православия и поглощению его Церкви. В настоящее время главным проводником этих папских устремлений, прикрывающим их истинные цели, является экуменизм» [141].

    Из вышеизложенного можно заключить, что средствами миссионерства Римо-католической Церкви является, как скрытое насаждение католической идеологии, путем образования унии, так и открытая пропаганда в среде исконно православного, христианского, народа. Под лозунгом «Несем Христа народам», католические прозелиты стремятся распространить сферу политического влияния Ватикана, основывая все больше и больше представительств своего государства на территории России, а это уже далеко не религиозные мотивы, о которых говорится в вышеупомянутом заявлении господина Тадеуша.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    Нимало не сомневаясь в том, что Римско-католическая церковь отошла от истин Церкви Христовой в своей бесконечной погоне за более прогрессивной, более рациональной религиозной системой мировоззрения, все же приведем некоторые высказывания Святых Отцов.

    Святитель Марк Ефесский писал: «Если они (латиняне) совершенно отклонились, и в отношении богословия о Святом Духе, хула в отношении Которого – величайшая из всех опасностей, то ясно – что они еретики, и мы отсекаем их как еретиков»[142].

    Преподобный Паисий (Величковский) писал, что латинство откололось от Церкви и «…пало в бездну ересей и заблуждений… и лежит в них без всякой надежды восстания…Латиняне «не суть христиане»»[143].

    Святитель Филарет, митр. Московский писал: «Папство подобно плоду, чья кора (оболочка) христианской церковности, унаследованная с древности, постепенно распадается, чтобы открыть его антихристианскую сердцевину»[144].

    Святитель Игнатий (Брянчанинов) (1807-1867) писал: «…благодать Божия отступила от папистов; они преданы самим себе и сатане –изобретателю и отцу всех ересей… Никакая ересь не выражает так открыто и нагло непомерной гордости своей, жестокого презрения к человекам и ненависти к ним»[145].

    Он же: «Папа, Магомет служат предызображением антихриста»[146].

    Преподобный Амвросий Оптинский писал: «России допущена веротерпимость, и иноверцы наравне с православными занимают у нас важные должности… Где ни начни духовное личо открыто проповедовать, что вне Православной Церкви нет спасения, сановитые иноверцы оскорбятся. От такого положения русское православное духовенство и получило как бы навык и укоренившееся свойство говорить об этом предмете уклончиво»[147].

    Столь нелицеприятные высказывания Святых Отцов Церкви и вышеизложенные материалы данной работы свидетельствуют о том, что Католическая церковь, отступившая от Истины, является христианским сообществом лишь номинально, фактически же представляя собой политическую структуру, государство, целью которого является утверждение своего влияния на подвластных ей территориях, а также распространения этого влияния на интересующие ее территории любыми методами. «Прежде всего, - говорят латиняне образом своих действий, – взыщите владычества земного и благ его, тогда необходимость в Царстве Небесном отпадет сама собой».

    Сам Господь наш Иисус Христос говорил Своим ученикам: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне». (Мф,6.24) Апостол Павел, обличая коринфских христиан, писал: «Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской. Неужели мы решимся раздражать Господа? Разве мы сильнее Его?» (1Кор. 10,21-22)

    «Православная Восточная Церковь, - писал преподобный Амросий Оптинский, - от времен апостольских и доселе соблюдает неизменными и неповрежденными от нововведений как учение евангельское и апостольское, так и предание св. отцов и постановления Вселенских Соборов… Римская же церковь давно уклонилась в ересь и нововведения… Апостол Павел заповедует удаляться от поврежденных ересью, а не искать с ними соединения»[148].


Ссылки:

1. Цит. по: Васильев Н.В., Смирнов С.М., Федоров Н.Г. Наша вера. Православие и мировые религии. – М.: 1982. – С.104.
2. Огицкий Д.П., Козлов Максим, священник. Православие и западное христианство. М.,1995. С.71.
3. Григулевич И.Р. Папство. Век ХХ. М., 1978. С.26.
4. Там же. С.27.
5. Там же. С.28.
6. Там же. С.29.
7. Там же. С.33.
8. Григулевич И.Р. Указ. соч. С. 32.
9. Там же. С.34.
10. Там же. С.35.
11. Огицкий Д.П. Указ. соч. С.71.
12. Второй Ватиканский Собор. Конституции, Декреты, Декларации. - Репр. Брюссель, 1992. С.30.
13. Там же. С.30.
14. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.30.
15. Огицкий Д.П. Указ. соч. С.72.
16. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.33.
17. Огицкий Д.П. Указ. соч. С.73.
18. Там же. С.74.
19. Там же. С.74.
20. Огицкий Д.П. Указ. соч. С.74.
21. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.437.
22. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в семи томах. - М., 1996. – т.6: Братья Карамазовы. – С.276.
23. Там же. С.277.
24. Достоевский Ф.М. Указ.соч. С.283.
25. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.12.
26. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.26.
27. Там же. С.26.
28. Там же. С.25.
29. Там же. С.27.
30. Огицкий Д.П. Указ. соч. С.38.
31. Киприан Карфагенский, священномученик. Творения священномученика Киприана епископа Карфагенского. - М., 1999.- С.235.
32. Давыденков Олег, иерей. Догматическое богословие. – М., 1997.- ч.3.-С.227.
33. Киприан Карфагенский. Указ. соч. С.241.
34. Васильев Н.В. Указ.соч. С.104.
35. Там же. С.105.
36. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.21.
37. Цит. по: Васильев Н.В. С.106.
38. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.20.
39. Там же. С.433.
40. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.106.
41. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.434.
42. Там же. С.434.
43. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.434.
44. Там же. С.433.
45. Катехизис Католической Церкви, М., «Рудомино», 1996. С.30.
46. "Евреи и христианство". Полонский П., Изменение отношения к иудаизму в христианской теологии в наше время. Интернет - Маханаим – еврейский культурно-религиозный центр. http://www.machanaim. org.ru, 11.03.2004 г.
47. "Евреи и христианство". Полонский П. Указ. соч.
48. Там же.
49. Васильев Н.В. Указ. соч. С.111.
50. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.22.
51. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.432.
52. Васильев Н.В. Указ. соч. С.112.
53. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.432.
54. Там же. С.432.
55. Васильев Н.В. Указ. соч. С.115.
56. Игнатий (Брянчанинов), святитель. Собрание сочинений: В 7т. – Репр. изд. 1886г. М., 1993. - Т 4 - С.480.
57. Васильев Н.В. Указ. соч. С.117.
58. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.432.
59. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Об изменяемости и неизменности православного богослужения // Журнал Московской Патриархии. – 1998. - №8. – С. 12.
60. Там же. C.12.
61. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Указ. соч. С.12.
62. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.88.
63. Там же. С.88.
64. Там же. С.91.
65. Москва. Каверин Николай. Второй Ватиканский Собор и богослужебная реформа. http://www. moskvam. ru, 11.03.2004.
66. Козлов Максим, протоиерей. Post vaticanum.// Православная Беседа. 1997. - №2. - С.17.
67. Каверин Николай. Указ. соч.
68. Там же.
69. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.17.
70. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.18.
71. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.114.
72. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.17.
73. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.89.
74. Там же. С.89.
75. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Указ. соч. С.13.
76. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.18.
77. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.92.
78. Там же. С.89.
79. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.17.
80. Князев А.С. Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий просветители славян. - Репр. изд. – М., 1997г.С.80.
81. Каверин Николай. Указ. соч.
82. Экон: крестовый поход. Заявление архиепископа Марселя Лефевра от 21 ноября 1974г. Интернет - Крестоносец, http://www. logoslov. ru, 11.03.2004.
83. Каверин Николай. Указ. соч.
84. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Указ. соч. С.
85. Козлов Максим, протоиерей. Указ. соч. С.18.
86. Там же. С.18.
87. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.121.
88. 1Кор. 1,13.
89. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.121.
90. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.148.
91. Там же. С.150.
92. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.151.
93. Серафим (Роуз), иеромонах. Приношение православного американца. – М., 2003. С.282.
94. Васильев Н.В. Указ. соч. С.151.
95. Серафим (Роуз), иеромонах. Указ. соч. С.249.
96. Там же. С.249.
97. Васильев Н.В. Указ. соч. С.168.
98. Соловьев Владимир. О христианском единстве. М.,1994. С.69.
99. Васильев Н.В. Указ. соч. С.169.
100. Там же. С.169.
101. Там же. С.170.
102. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.173.
103. Там же. С.174.
104. Там же. С. 174.
105. Серафим (Роуз), иеромонах. Указ. соч. С.260.
106. Бердяев Н.А. Самопознание. Опыт философской автобиографии. М., 1991.- С.56.
107. Там же. С.62.
108. Бердяев Н.А. Самопознание. Указ. соч. С.206.
109. Там же. С.222.
110. Там же. С.88.
111. Цит. по: Серафим (Роуз), иеромонах. Указ. соч. С.261.
112. Там же. С.261.
113. Бердяев Н.А. Самопознание. Указ. соч. С.171.
114. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.192.
115. Там же. С.192.
116. Мень Александр, протоиерей. Экклезиологические тезисы в связи с материалами II Ватиканского Собора. http//Origin: alexandrmen. Libfl.ru, 02.05.2004.
117. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.83.
118. Пучкин Дмитрий. Последствия Второго Ватиканского Собора. // Православная Беседа. – 1997 - №3. - С.23.
119. Васильев Н.В. Указ. соч. С.207.
120. Либеро Джероза, Каноническое право в Католической Церкви / Пер. Г.Вдовина; Научный редактор Е. Гейнрихс. - М., С.136.
121. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.471.
122. Там же. С.472.
123. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.125.
124. Там же. С.22.
125. Там же.С.133.
126. Второй Ватиканский Собор. Указ. соч. С.134.
127. Там же. С.146.
128. Зноско-Боровский Митрофан, протоиерей. Православие Римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие. – 2-е изд., испр. – М., С.16.
129. Цит. по: Зноско-Боровский Митрофан, протоиерей. Указ.соч. С.16.
130. Православная газета. Патриарх Алексий II. С Церквами-сестрами так не поступают. http://www.ortodoks.ru, 11.03.2004.
131. Там же.
132. Васильев Н.В. Указ. соч. С.210.
133. Там же. С.214.
134. Воейков Николай. Правда об униатстве. – New York., 1990. С.1.
35. Хроника заседания Государственной Думы 15 мая 2002 года. "К Президенту Российской Федерации В. В. Путину о деятельности Римско-католической церкви на территории Российской Федерации". http:// umnyi. narod. ru// STENOGR – 02/020515/020515 – 18.htm. 02. 05. 2004 г.
136. Хроника заседания Государственной Думы. Указ.соч.
137. Там же.
138. Хроника заседания Государственной Думы. Указ.соч.
139. Там же.
140. Внутренняя политика России / Государство и религия / Права человека / Права меньшинств Архив новостей / Ноябрь 2002. архиепископ Тадеуш Кондрусевич. Интернет – заявление. www.h-rights.ru, 11.03.2004.
141. Васильев Н.В. Указ. соч. С.215.
142. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.84.
143. Там же. С.84.
144. Там же. С.85.
145. Там же. С.85.
146. Там же. С.88.
147. Там же. С.91.
148. Цит. по: Васильев Н.В. Указ. соч. С.91.


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета на церковнославянском языке. – М.: Российское Библейское общество, 1993. – 1760с.
2. Киприан Карфагенский, священномученик. Творения священномученика Киприана епископа Карфагенского/ Общая редакция А.И. Сидорова. - М., Паломник, 1999.- 719с.
3. Игнатий (Брянчанинов), святитель. Собрание сочинений: В 7т. – Репр. изд. 1886г – М., Правило веры, 1993. -Т.4 – 590с.
4. Бердяев Н.А. Самопознание. Опыт философской автобиографии. М., Книга, 1991.- 446с.
5. Васильев Н.В., Смирнов С.М., Федоров Н.Г. Наша вера. Православие и мировые религии. – М., Ковчег, 1982. – 287с.
6. Внутренняя политика России / Государство и религия /Права человека / Права меньшинств/Архив новостей / Ноябрь 2002. архиепископ Тадеуш Кондрусевич. Интернет – заявление. www.h-rights.ru, 11.03.2004.
7. Воейков Николай. Правда об униатстве. – New York.: Holy Trinity Monaster; Print Shop of St. Job of Pochaev Jordanville, 1990. – 37с.
8. Второй Ватиканский Собор. Конституции, Декреты, Декларации. Репр. изд. 1966-1969г. - Брюссель., Tipografia Poliglota Vatikana, 1992.-573с.
9. Григулевич И.Р. Папство. Век ХХ. - М.: Политиздат, 1978. – 424с.
10. Давыденков Олег, иерей. Догматическое богословие. В 3ч. – М., ПСТБИ, 1997.- ч.2. - 292с.
11. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в семи томах с дополнительным восьмым томом. - М., Лексика, 1996. – т.6: Братья Карамазовы. –559с.
12. "Евреи и христианство". Полонский П., Изменение отношения к иудаизму в христианской теологии в наше время. Интернет - Маханаим – еврейский культурно-религиозный центр. http://www.machanaim.org.ru, 11.03.2004 г.
13. Зноско-Боровский Митрофан, протоиерей. Православие Римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие. – 2-е изд., испр. – М.: Свято-Троицкая Сергиева Лавра; Покров, 1992. – 207с.
14. Катехизис Католической Церкви. - М., «Рудомино», 1996. – 154с.
15. Князев А.С. Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий просветители славян. - Репр. изд. 1997г. – М.: Правило веры. – С.80.
16. Козлов Максим, протоиерей. Post vaticanum.// Православная Беседа. 1997. - №2. - С.17.
17. Либеро Джероза, Каноническое право в Католической Церкви / Пер. Г.Вдовина; Научный редактор Е. Гейнрихс. - М.: Изд-во «Христианская Россия», 1996. – 379с. – (Серия «Аметика»).
18. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Об изменяемости и неизменности православного богослужения // Журнал Московской Патриархии. – 1998. - №8. – С.
19. Мень Александр, протоиерей. Экклезиологические тезисы в связи с материалами II Ватиканского собора. http//Origin: alexandrmen. Libfl.ru, 02.05.2004.
20. Москва. Каверин Николай. Второй Ватиканский Собор и богослужебная реформа. http://www. moskvam. ru, 11.03.2004.
21. Огицкий Д.П., Козлов Максим, священник. Православие и западное христианство. – М.: Свято-Троицкая Сергия Лавра; Отчий дом, 1995. – 171с.
22. Пучкин Дмитрий. Последствия Второго Ватиканского Собора. // Православная Беседа. – 1997 - №3. - С.23.
23. Православная газета. Патриарх Алексий II. С Церквами-сестрами так не поступают. http://www. ortodoks.ru, 11.03.2004.
24. Серафим (Роуз), иеромонах. Приношение православного американца. – 4-е изд., испр. - М.: Российское отделение Валаамского Общества Америки, 2003. – 691с.
25. Соловьев Владимир. О христианском единстве. - М.: Рудомино, 1994. – 335с.
26. Хроника заседания Государственной Думы 15 мая 2002 года. "К Президенту Российской Федерации В. В. Путину о деятельности Римско-католической церкви на территории Российской Федерации". http:// umnyi. narod. ru// STENOGR – 02/020515/020515 – 18.htm. 02. 05. 2004 г.
27. Экон: крестовый поход. Заявление архиепископа Марселя Лефевра от 21 ноября 1974г. Интернет - Крестоносец, http://www.logoslov.ru, 11.03.2004.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter